– Этого я не знаю.

– Неважно, – Джеки заставила их умолкнуть.

Позже Майя узнала об очевидцах происшествия, и образ навечно засел в ее воображении: два летателя, качающихся на волнах, как намокшие стрекозы, держащихся на плаву и вроде бы спасшихся, но лишь до тех пор, пока мощная волна, какие бывают в Северном море, не поднимает их и не разбивает об утес. После чего лишь их тела остались дрейфовать в пенной воде.

Джеки ушла в себя, погрузилась в свои мысли. Как слышала Майя, они с Зо не были близки, поговаривали даже, что они терпеть не могли друг друга. Но это же ее ребенок. Люди не должны переживать своих детей – даже бездетная Майя чувствовала это на уровне инстинкта. Но они упразднили все законы, и биология больше ничего не значила. Если бы Энн потеряла Питера при падении провода, если бы Надя с Артом потеряли Никки… даже Джеки, при всем своем слабоумии, должна была это понимать.

И она понимала. Она напряженно думала, стараясь найти выход. Но найти его не могла и должна была стать потом другим человеком. Старение, зрелость не были связаны со временем, совсем.

– О, Джеки, – пожалела ее Майя, коснувшись ее рукой. Но Джеки отмахнулась, и Майя руку убрала. – Мне так жаль.

Но в минуты, когда человеку сильнее всего нужна помощь, он становится изолированным как никогда. Майя поняла это в ночь исчезновения Хироко, когда пыталась успокоить Мишеля. В таких случаях ничего нельзя было поделать.

Майя чуть не стукнула всхлипывающую помощницу, с трудом сдержав себя:

– Почему бы вам не проводить мисс Бун на корабль? И держите людей подальше от нее какое-то время.

Джеки все еще выглядела потерянной. Ее отмашка от Майи была чисто инстинктивной: сама она пребывала в шоке, в неверии – и это неверие поглотило все ее силы. Этого и следовало от нее ожидать – равно как и от любого другого человека на ее месте. Наверное, было даже хуже оттого, что она не ладила с дочерью, – хуже, чем если бы она ее сильно любила…

– Ну же, идите! – сказала Майя помощнице и взглядом приказала Атосу тоже пошевеливаться. Он кое-как привлек внимание Джеки, и они увели ее. У нее по-прежнему был самый красивый зад в мире, а сама она держала королевскую осанку. Но когда она переварит новость – это изменится.

Позднее Майя оказалась на южной окраине города, где свет уже не горел и было видно лишь, что наполненный звездными отблесками канал обрамляли черные насыпи берегов. Это было похоже на спираль жизни, чью-то мировую линию – яркие неоновые завитки, двигающиеся к черному горизонту. Звезды над головой и под ногами. Черная дорога, по которой они скользили, не издавая шума.