И присел, чтобы подобрать металлическую пряжку, валяющуюся под ногами, но передумал, и просто со всей дури врезал в стену кулаком. И еще раз, и еще, пока по пыльному бетону не покатились алые густые капли. Мои капли!

Стена на их пути раскололось не то поперечной трещиной, не то каменным ртом, где кровь и пропала, а щель тут же сомкнулась.

Получивший угощение Лабиринт довольно качнулся, и прямо мне под ноги свалилась вывеска с указателем «Выход», которой, я готов был поклясться, только что не было ни на стене, ни на полу. Впрочем, дареному навигатору в версию андроида не смотрят.

И я зашагал в указанном направлении.

Голодно чавкающие турникеты, внезапно меняющие на полпути направление эскалаторы, ощетинивающиеся лезвиями ступени лестниц да изредка хватающие меня за одежду руки-попрошайки, торчащие прямо из стен — вот и все напасти, что повстречались мне на пути. Изи!

— Привет, Мариночка, это тебе! — сунул я в пустую вазу на столе пучок каких-то цветов, сорванных в Лабиринте.

— На яйцо Фаберже что-то не очень похоже, — с сомнением произнесла она.

— А честно украденное для тебя драгоценное яйцо украли у меня плохие люди, — пожаловался я, — так что вот, компенсация.

- Спа… спасибо… наверное, — поблагодарила она, осторожно протягивая палец к ближайшему цветку.

Тот открыл глаза и уставился на девушку.

Та тоже еще шире распахнула свои глазенки. Блин, а красивая ведь девка! И что она забыла в нашей богадельне?

— И что с ними делать?

— Глазунью, — отозвался я и бросил взгляд на дверь, — Шеф у себя?

— Да.

— Дай-ка мне пистолет —очень уж разговор у нас серьезный намечается.

— А уровень доступа у тебя какой?

— Жадина.

— На себя посмотри — приволок из Питера девушке какую-то дрянь. Тоже мне, кавалер…

Дослушивать ее я не стал и шагнул в кабинет Шефа.

— Ну здравствуй, герой.