Когда Этьен рассказывал Яне о том, что браслет — подарок поклонника, она не придала его рассказу особого значения. Зато сейчас ей показалось, что в этой истории много странного и загадочного. Неужели мама Этьена знает кого-то из дамарийцев? Неужели и среди них есть поклонники её таланта?

Моррис закрыл кабинет и вышел из ратуши. Засидеться пришлось допоздна — очень много дел накопилось. Ему не терпелось поскорее повидаться с Яной, узнать, как прошёл её день, но пока он себе этого позволить не мог — у него на сегодня была назначена ещё одна важная встреча.

Моррис не стал брать экипаж и пешком отправился на окраину города, где в одной из небольших таверн поджидал нужный человек.

В шумном обеденном зале было людно — почти все столики заняты, но Моррис сразу узнал того, ради кого сюда пришёл — Огюстин. Он лучший, если нужно что-нибудь разнюхать. Он единственный, кто может докопаться до сути, даже если эта суть уже погребена под толстыми слоями прошлого.

— Два кофе, — попросил Моррис у хозяина таверны, присаживаясь рядом с Огюстином.

Тот как всегда прятал лицо в огромном капюшоне. Не зря его называют Тенью. Он и движется как тень и выглядит как тень.

— Есть новости для меня? — сразу перешёл к делу Моррис.

Однажды он уже просил Огюстина узнать о событиях двадцатилетней давности, в результате которых Вивьен оказалась помеченной. Тогда Тень прекрасно справился с заданием, но теперь оно усложнилось. Морриса интересовало, какую роль в тех событиях сыграли два человека: Ринат и Жюль.

— Они оба причастны, — ответил Огюстин.

— Кто из них был режиссёром?

— Главную скрипку несомненно играл Жюль. Ринат был пешкой, которую удачно использовали и на время вывели в дамки, чтобы в нужный момент вывести из игры.

Всем руководил Жюль. А ведь с некоторых пор Моррис стал догадываться об этом.

— Ты выяснил, где он сейчас?

— Я не могу сказать, где он есть, могу сказать только, где его точно нет.

— И где же?

— Там, где сейчас Вивьен. Жюль давно и очень тщательно избегает малейшей возможности встретиться с ней случайно или преднамеренно.

Моррис на это тоже уже обратил внимание.

— Вот тут много интересного, — из глубин безразмерного плаща была извлечена папка с бумагами. — Для полноты картины не хватает последнего кусочка головоломки.