— Вольнодумство, — проворчал Василий, хотя слова деда, к удивлению, не гневили его. — Нет страха у людей. На узде у Сатаны идут. Но час последний грядет, грядет Страшный Суд. Тогда все откроется, все станет явным. И содрогнутся те, кто отвернулся от Господа!

— Э, отче, какой там суд! — грустно закивал бородкой старик. — Вот у меня жандармы двух сынов убили. В Сибиряке. На железной дороге они работали. Там забастовка какая-то была, рабочие требовали правды. Против них солдаты вышли.

Сыны мои были заводилами, за народ подставили грудь. Их в темницу. Суд присудил на каторгу. Там они бежали, их поймали в лесу, застрелили… — Дед опустил голову, вытер слезу ладонью, махнул рукою. — А дочка умерла от холеры. Сами остались мы со старухою, как пни трухлявые. А вы говорите — суд, суд. Какого нам еще суда ждать? Тут, на земле, пекло, и суд, и геенна. Ни просвета не видел я всю жизнь, ни утешенья. Как в пекле воистину. Так неужто там, где-то в ином мире, еще горше будет? Эхе-хе, не весьма же тогда гостеприимный наш пан-отец Бог! Он, он, не весьма!

— Надо заслужить вечную жизнь и блаженство, — гневно ответил Василий, садясь в свой челнок. — Мы здесь, на земле, призваны пройти ущелье юдоли и плача, чтобы показать Господу, на что способны. Вера и терпение принесут плату — райскую жизнь.

— А на этом свете, отче? — грустно спросил дед. — Зачем на этом белом свете такая красота? Взгляните на Днепр наш полноводный, на луга… Я шел между травами вот сейчас, пахнут цветы, дух замирает! Пчелки гудут, мед собирают.

Зачем Господь создал красоту здесь? Неужто для того, чтобы она пропадала? Да если бы люди по-братски жили на земле, то какого еще рая человеку нужно? Боже ж ты мой! Да как выйдешь ночью под звезды, как обнимешь оком ту глубину и широту небесную, аж дух твой возносится! Или на рассвете как выедешь на плес днепровский ловить рыбу — тишина вокруг, ни гомону, ни звука, только сердце твое стучит радостно. Туманы плывут над водами. И кажется тебе, что царство Божье в душе твоей. Вот как. Хотелось бы мне еще в будущее заглянуть. Как люди жить там будут? Не напрасно ведь погибают молодые за мир новый, знать, будет он, потому как кровь людская не водица, льется не напрасно…

— Будет новый мир, — с ударением ответил Василий, — только не здесь, на земле, где хозяин мира — Сатана. И войдут в него избранные, которые не осквернились, живя вместе с богоборцами, с кощунниками! Прощайте, дед, мне пора. Жаль, ваше сердце тоже отравлено вольнодумством…

— Гм, — удивился дед. — Слово какое-то странное — вольнодумство. Чем же плохо — вольно думать? Это очень даже нужно человеку — вольно мыслить!