Оставил мувекс, и по аллее прошел к памятнику. Все, как было, только за цветами действительно требуется уход. Надо созвониться с дирекцией, заплатить, если надо. Но сначала перекусит.

Он сел на скамейку, достал бутерброды и открыл пиво. Сделал несколько глотков, любуясь пейзажем. Вон там проглядывает Каскади-дом…

Из аллеи вышла женщина, за ней катил бочкообразный робот-уборщик. Она приостановилась:

— Здравствуйте. Не помешаю, если тут приберусь? Никак руки не доходили, занята в другом месте, а леди Селина просила приглядывать.

— Здравствуйте, — отозвался Илья. — Я как раз ее бывший муж, Илья Варламов.

— Я вас знаю, — сказала женщина. — Мы немного общались с леди Селиной, а вас я видела в холораме. Мое имя Тамара.

— Приятно познакомиться, — вежливо сказал Илья, вставая. — Работайте, а я еще посижу. Надеюсь, не скажете журналистам, что сенатор Илья Варламов распивает пиво в общественном месте?

— Ну, что вы? — рассмеялась женщина.

Приятной наружности, лет тридцати. Слегка вытянутый овал лица, носик правильной формы, темные волосы зачесаны в стороны от пробора. Одета в свободную блузу и шорты.

Она достала из контейнера на боку робота садовый инвентарь и стала копаться в цветах.

— Быстро все зарастает, — пожаловалась она. — Если леди Селина вернется, устроит мне нагоняй.

— Она не вернется, — сказал Илья. — Боюсь, рогны ушли навсегда. Есть и другие миры помимо этого.

Женщина покачала головой: — Мы, в Садах, дружили с рогнами. Прощаясь, они сказали по секрету, что вернутся. Правда, может быть, через сотни лет.

— Все равно, что никогда, — горько сказал Илья.

Женщина поглядела на него. И глаза красивые, как будто карие.

— Вы любили ее, — тихо сказала она. — Надо же, брак с рогной. Говорят, с ними очень непросто.

— Это так. Ничего, привыкаешь.

Женщина возобновила работу. Изящные маленькие икры, и шорты не скрывают приятных округлостей… да чего он пялится?

— Ну и что вы там обсуждали, на Всемирном конгрессе? — непринужденно спросила Тамара.

— В основном наших новых приятелей, хэ-ути. Кто такие, да как с ними быть? Военные повеселели, в них опять появилась нужда.