Одна из сестер попыталась воспользоваться системой корабельной связи, чтобы предупредить Гарими, но связь была выведена из строя и не работала.

– Связь не работает.

– Починить немедленно. – Шиана поняла, что, сидя в зале, раввин не терял времени и продолжал заниматься саботажем.

Доктор Юэ бросился к стонущему Тегу и склонился над ним, чтобы оценить тяжесть травмы; две сестры Бинэ Гессерит, лежавшие рядом, были, несомненно, мертвы. Пока Юэ осматривал Тега, он бормотал, словно стараясь осмыслить ситуацию:

– Раввин дал мне пробу клеток ребенка гхола. Должно быть, он украл клетки Питера де Врие из хранилища и обманул меня. Он знал, что я сделаю, знал, как я отреагирую.

Дункан перевел взгляд с Майлса и Юэ на Шиану.

– Теперь мне все ясно. Сафир Хават и раввин. Как я раньше до этого не додумался?

Шиана на мгновение перестала дышать. Ей в голову пришла та же самая мысль:

– Оба они погибли на планете укротителей!

Дункан кивнул.

– Хават и раввин находились одни и отдельно от остальных во время охоты на Досточтимых Матрон. Вам всем пришлось с боем прорываться к челноку, когда вы убедились, что укротители – лицеделы.

– Конечно. – Лицо Шианы помрачнело. – Эти двое выбежали из леса в последний момент. Было похоже, что им удалось убежать от укротителей.

– Значит, настоящие раввин и Сафир… – заговорил Дункан.

– Оба давно убиты, заменены лицеделами, а от тел избавились во время охоты.

Дункан переключил мышление в режим ментата и пришел к другому очевидному выводу:

– Значит, прошло больше пяти лет после этой замены. Пять лет! Все это время двойники Хавата и раввина ждали своего часа, убивая гхола и аксолотлевые чаны, выводя из строя системы жизнеобеспечения, заставив нас остановиться на Келсо, где нас легко могли обнаружить преследователи. Взял ли Враг наш след? Пока нам удавалось ускользать от его сети, но теперь, когда лицеделы обнаружены…

Шиана побледнела.

– Как быть с похищенными минами? Что раввин сделал с ними? Если он доберется до них, то может взорвать в любую минуту.

Почти полностью пришедший в себя Тег уже шел к дверям.

– Этот лицедел понимает, что должен овладеть кораблем, прежде чем мы его убьем. Он идет в навигационную рубку.