– Вы настаиваете, что я всегда буду нести бремя этой вины? Но как я смогу ее прочувствовать, если я ее не помню? Или вы довольствуетесь моей ролью козла отпущения, ролью мальчика для битья, ответственного за все прегрешения прошлого? Шиана хочет восстановления моей памяти, чтобы я смогла помочь всем нам. Но и вы, Гарими, должны просто гореть желанием пробудить мою прежнюю память. Признайтесь – можно ли придумать более тяжкое наказание, чем утопить меня в непростительных грехах, которые я совершила и о которых вы говорите? Пробудите меня! Пусть я увижу все это своими собственными глазами!

Гарими протянула руку и схватила Джессику за запястье. Она попыталась вырваться, но безуспешно. Выражение лица Гарими оставалось мрачным и суровым.

– Я хочу разделить с тобой мою память, я передам тебе все мои мысли и память, и ты будешь знать. – Гарими придвинулась ближе. – Я запечатлею в твоем мозге сотни поколений прошлых жизней, прожитых другими людьми после того, как ты совершила свои преступления, и тогда ты увидишь все глубину содеянного тобой. – Она привлекла к себе Джессику.

– Но это невозможно. Только Преподобные Матери могут принимать чужую память.

Взгляд Гарими стал стальным.

– Но ты и есть Преподобная Мать, или по крайней мере была ею. Следовательно, она жива в тебе.

С этими словами она сомкнула пальцы на затылке Джессики, ухватила ее за бронзовые волосы и притянула к себе. После этого Гарими прижалась своим лбом ко лбу Джессики.

– Я заставлю это сработать, у меня хватит сил. Ты представляешь, зачем я это делаю? Возможно, горе будет настолько велико, что парализует тебя.

Джессика решила не сдаваться.

– Или… наоборот… сделает… сильнее.

Да, она хотела возвращения памяти, но не желала воспринять весь опыт Гарими, опыт всех бесчисленных предков, переживавших преследования при Боге-Императоре Дюны, ее собственном внуке. Опыт всех тех, кто пережил времена Великого Голода, кто изо всех сил старался преодолеть тягу к меланжу, переставшему быть доступным. Ужасы, пережитые теми поколениями, оставили глубочайшие шрамы в душе человечества.

Джессика не хотела этого. «Гарими считает, что я стала причиной всего этого».

Она почувствовала, как что-то чужеродное проникает в ее голову, но Гарими была сильнее, она принуждала Джессику к передаче памяти, она спустила эту память с цепи. Изнутри словно молоты стучали по черепу Джессики, грозя расколоть его. Она слышала треск, видела тьму. Неужели Гарими победила?..

Потрясенная Джессика – реальная Джессика, наложница герцога Лето Атрейдеса, Преподобная Мать Ордена Бинэ Гессерит – огляделась с чудесным, неведомым ей прежде чувством. Хотя она видела вокруг себя лишь стены корабля-невидимки, Джессика помнила, как чудесна была ее жизнь с герцогом и сыном Полом. Она помнила бездонное синее небо Каладана и живописные рассветы Арракиса.