Я вся съежилась. Он развернулся и ушел из подвала, Кардас посеменил следом. Я обхватила колени руками и забилась мелкой дрожью – то ли от холода, то ли от страха.

– Ф-Фарис, ты с-слышишь меня? – крикнула я, стуча зубами.

В ответ раздалась лишь тишина. Я не осознавала, насколько меня успокаивал его голос, пока он не затих. Я надеялась, что с ним все в порядке, но будущее не сулило нам ничего хорошего. Оставалось молиться, что Раисе как-то удастся спасти родителей.

На меня нахлынули волны отчаяния и беспомощности, и я свернулась калачиком на полу.

– Мама, папа, мне очень жаль.

* * *

Мой беспокойный сон прервал топот на лестнице. Я села и наблюдала, как Кардас, Барри и Глен приносили полотенца, одеяла, воду и стопку одежды, и заносили это все в клетку Фариса.

Глен посмотрел на Кардаса.

– Он сдох?

– Пока нет, но осталось недолго, – безразлично ответил тот и достал шприц из кармана.

Я подползла ближе к ним, насколько позволяла камера.

– Что вы с ним делаете? – требовательно промолвила пересохшими губами. Я умирала от жажды, но воды мне не принесли, а кувшин стоял слишком далеко.

– Не твое дело, – огрызнулся Барри и снял замки с цепей Фариса.

Он держал фейри, а Глен снимал цепи. Кардас стоял на безопасном расстоянии, пока они не положили обнаженного Фариса на одеяла.

Троица явно торопилась: они быстро обтерли Фариса полотенцами и одели.

– Поспеши, – яростно прошипел Кардас Глену, который слишком долго обувал Фариса. – Я хочу свалить до того, как он придет.

Барри собрал грязные полотенца.

– Ты когда-нибудь встречал его?

– Нет, и не хочу. Я предпочту прожить очень долгую и счастливую жизнь. – Кардас передернулся всем телом. – Роджин совсем слетел с катушек, решив вести двойную игру. Если стража королевы узнает, он труп.

Глен встал.