— Ты что делаешь, дурень? — удивлённо спросил Витя.

— Слепой, что ли? Не видишь, что автомат собираю?

— Вижу, что не сепаратор, но вот понять, зачем ты его собираешь, не могу!

— Затем, чтобы чувствовать себя увереннее. С оружием в руках мне спокойнее!

— Хах, а ты дело говоришь, Ермак! — Витя вытащил из кобуры пистолет, умело привёл его в боевое состояние одной рукой и воскликнул: — Точно спокойнее, прям на душе легче стало! Буду элитных берсерков штабелями укладывать!

Угрх и двое медведей, трущихся подле Харрора, наконец приступили к действиям, обломили торчащую в основании шеи берсерка стрелу, а затем вытащили за оперение из пасти оставшуюся часть. Какие-то десять секунд, и «лечение» закончилось. Эх, как бы я хотел быть таким же живучим, как они. Но нет, мы, люди, создания хрупкие, умираем, чуть что.

Выплюнув приличное количество крови, Харрор хрипло задышал. Мешал, видимо, ему инородный предмет в пасти. Сильно мешал, дышать не давал. Но, как сразу же выяснилось, говорить мишка теперь не способен, показал это при помощи жестов.

— Вылечили же почти, пора и делом заняться! — начал командовать Витя, посматривая на всех медведей по очереди. — Идите и убейте этого поганого стрелка! Мы с Ермаком тоже убить его можем, но у нас нет с собой танка, а без него это проблематично!

Харрор, посмотрев на инвалида, покрутил когтем в районе виска. Издав смешок, я сказал:

— Ну да, Вить, он прав, ты идиот. Видел, что может Рагхар? Есть у нас смысл с ним тягаться? Даже будь у нас танк, мы бы его вряд ли одолели!

— Попробовать стоит, попытка не пытка!

— Да, попробовать стоит… Например, попробовать убежать. Жаль, что местность открытая, расстреляет, как в тире, пискнуть не успеем…

Происходящее ничуть не пугает меня, потому что столько всего случилось «до», что теперь не удивляешься. Ещё я подсознательно надеюсь на помощь деда, который точно не оставит внука в беде. Хотя, зная Михаила Росса, может и оставить, с него станется. Многими родными он пожертвовал ради призрачного блага, которое так и не сбылось. Хотел бы я знать его истинные цели, но, боюсь, так и не узнаю.

Харрор подманил к себе Урхарера, который пытается быть незаметным для всех и вся. Дождавшись, когда увалень подойдёт, кивнул ему. Сделав усталый вздох, мишка-толстяк заговорил не своим голосом:

— Мои голосовые связки повреждены, говорить я смогу не скоро, поэтому пришлось прибегнуть к иному методу общения. Урхарер читает мои мысли, а затем озвучивает их, что сейчас и происходит. Увы, как все поняли, противостоять неизвестному врагу мы не в состоянии. Даже обнаружить его при наших возможностях — задача невыполнимая. Высокоразвитые сородичи превосходят нас, и тягаться с ними — значит погибнуть. Решение, как поступить, я пока не принял.