– Как насчет спагетти?
Вопрос нейтральный, но не для меня. Спагетти служили моей фобии спусковым крючком еще с тех пор, как Никки была совсем маленькой. Если я смогу пережить разные по размеру макароны, значит, приступа у меня нет.
– Спагетти – это прекрасно. Сорвать в огороде пару помидор?
– Было бы неплохо.
– Сейчас вернусь.
Я вышла из кухни, босые ноги слегка пощипывало от хлорки, поцеловала Рейчел в щеку и отправилась к задней двери. Пол чист. Плесени нет. День чудесный, а вечер обещает быть просто великолепным.
Спагетти у Рейчел, как всегда, были бесподобны. Природный талант к приготовлению соусов позволял ей смешивать ингредиенты таким образом, что это казалось мне настоящей магией. Я могла работать в лаборатории со сложными растворами, синтезировать невероятные вещи, а попросите меня зажарить индейку, и я пропала. Даже Никки, которая бесконечно стенала по поводу контроля за весом, хотя и была совсем худышкой, съела полторы порции.
Если бы все шло по плану, на десерт был бы фруктовый пирог, так что ввиду отсутствия фруктов мы съели по мороженому – я персиковый сорбет, а Рейчел и Никки по кофейному с вафельной крошкой. За десертом мы поболтали о том, о сем. Как всегда, Никки предпочитала рассказы Рейчел о живописи, а стоило мне попытаться поведать что-нибудь из лабораторной жизни, она тут же перебивала меня школьными историями. Чтобы не обижаться, я втихомолку стащила половину ее мороженого. О работе Рейчел и правда было слушать интереснее – она делала то, что сразу же можно увидеть и потрогать, а не учиться для этого годами. Я и сама предпочитала слушать ее.
В общем, вечер оказался мирным. Нет, не так. Едва я отбросила прочь беспокойство, которое ныло под ложечкой, стоило мне вспомнить о серой плесени в кухне, как вечер стал просто идеальным. Я готова была бы продолжать его снова и снова до конца дней. Еще сто таких вечеров, и можно умирать счастливой.
В этом и беда идеальных вечеров: вы можете прожить их лишь единожды.
На завтра мне нужно было на работу, а Никки в школу, так что мы с ней отправились в постель около десяти. Рейчел присоединилась ко мне через час или около того. Я проснулась, когда она поцеловала меня в шею – губы практически обожгли мою кожу. Рейчел прижалась ко мне, и мы погрузились в страну грез, где тепло и безопасно и где ничто не могло причинить нам вред или изменить наш идеальный мирок.
Проснулась я оттого, что Рейчел снова и снова шепотом произносила мое имя.
– Меган… – Голос ее был неестественно напряжен. – Меган, пожалуйста, проснись. Мне нужно, чтобы ты проснулась.