Он вяло наблюдал за тем, как люди укладывают шатер на повозку с высокими колесами, когда, гарцуя на белом мерине лучших тайренских кровей, одном из множества его сменных коней, появился Вейрамон. Дождь кончился, хотя серые тучи все еще скрывали солнце, а воздух казался настолько пропитанным влагой, что из него можно было выжимать воду руками. Намокшие знамя Света и Драконов стяг обвисли на высоких древках.

Тайренские Защитники сменили в охранении Спутников, и сейчас, проезжая сквозь их конное кольцо, Вейрамон, насупясь, посматривал на Родривара Тихеру, худощавого, слишком смуглого даже для уроженца Тира, малого с короткой остроконечной бородкой. Отпрыск захудалого Дома, сумевший пробиться благодаря своим способностям, Тихера отличался крайней педантичностью. Украшавший его шлем с кованым ободом пышный белый плюмаж качнулся, добавив изысканности обращенному к Вейрамону поклону. Благородный лорд нахмурился пуще прежнего.

Капитану Твердыни не было никакой надобности лично командовать почетным караулом Ранда, но он так частенько поступал. То же самое делал Марколин, когда на страже стояли Спутники. Защитники и Спутники ожесточенно спорили между собой о том, у кого из них больше прав охранять Ранда. В Тире – таков был главный довод тайренцев – Ранд правил дольше, но им неизменно отвечали, что он не кто иной, как коронованный король Иллиана. Не худо бы и Тиру обзавестись своим королем – такие разговоры велись в последнее время среди Защитников, – и кто лучше подходит для трона, как не человек, овладевший Твердыней? Возможно, эти пересуды не укрылись и от Вейрамона. Мысль об установлении королевской власти он находил вполне приемлемой, только вот выбор Защитников его не вполне устраивал. И помимо Ранда найдется кому надеть корону.

Едва Вейрамон поймал на себе взгляд Дракона Возрожденного, как хмурое выражение мигом слетело с его лица. Благородный лорд Тира соскочил с раззолоченного седла и отвесил поклон, по сравнению с которым поклон Тихеры показался бы простым кивком. И это притом, что обычно Вейрамон задирал нос перед всеми и каждым; он мог важничать и надуваться от спеси даже во сне. Наброшенная на плечи лорда накидка предохраняла от дождя великолепный наряд – и сама была расшита золотом, а ворот усыпан крупными сапфирами. Хотя Ранд носил зеленый шелковый кафтан с золотыми пчелами по рукавам и отворотам, случайный наблюдатель, наверное, не сразу бы понял, кто из этих двоих король, увенчанный Короной мечей.

– Милорд Дракон! – произнес нараспев Вейрамон. – Трудно выразить словами, сколь счастлив я видеть вас, милорд Дракон, в окружении верных тайренцев. Ведь случись с вами несчастье, весь мир, несомненно, возопил бы от горя.