— Спасибо, спасибо, — пропищала девчонка сквозь слезы.

— Чего дуреха ревешь, — усмехнулся старик, — радоваться надо. Смотри, здоров твой зверь.

— Он не зверь! — Вырвалось у нее. — Это мой друг!

Старейшина с прищуром посмотрел на меня.

— Не простого юношу к нам занесло. Пойдем в дом.

Мы вышли на дорогу, под изумленные и восхищенные взгляды тех, кто наблюдал маленькое чудо. Пройдя немного вперед, свернули влево, затем вошли в большую избу. Старец провел меня в горницу. Усадив за стол, присел напротив.

— Любава, неси пироги, чай, гостя потчевать будем, — крикнул он.

В комнату вошла молодая девушка, поставила на стол блюдо с пирогами. Глянув на меня, засмущавшись, тут же удалилась. Вскоре принесла большой чайник, чашки. Дед сам разлил чай.

— Это таежный сбор, а не то, что вы у себя пьете.

Тут же по комнате стал распространяться густой аромат лесных трав.

— Бери пирожки, есть с капустой, яйцом, луком, — он кивнул на блюдо.

— Благодарствую, — не торопясь съев один, запив его чаем. По вкусу напиток напомнил мне тот, что пил у Беломира, а пирожок оказался потрясающе вкусным.

В горницу вошли еще два старца. Быстро поднявшись, я поклонился. Кивнув в ответ, те присели за стол, напротив меня.

— И как же зовут добра молодца? — оба внимательно меня разглядывали.

— Никита, — представился я, приветливо улыбнувшись.

— Никита, значит, — тот, что слева, налил пришедшим чай. — Ну что же, пусть будет так. Слышали, пока шли сюда, о чуде, что сотворил. — Тот, что сидел в центре, отхлебнул напиток.

— Не один пришел, вижу рация на поясе, — произнёс тот, что привел меня.

Я не стал отрицать очевидное.

— Остальные лагерем стоят на поляне в семи километрах отсюда, ожидают, когда вернусь.

— Мы тоже многое можем, лечим людей, являясь волхвами, но на подобное чудо, что ты сотворил, не способны. — Сидящий в центре многозначительно покивал. — Чтобы за пару минут искалеченного зверя на ноги поставить, нужна большая сила.