Вот и всё. Два слова, которые не пойми что могут означать. То, что Света прошедшей ночью хотела от меня больше, чем поцелуй, понятно даже слепому. И её записка может означать, как обиду, так и благодарность.

— Женщины… — вздохнул я, смяв бумажку в руке и двинувшись на кухню. — Даже самые мудрейшие из мудрейших, никогда не найдут ответ на вопрос, что в голове у женщин.

На скорую руки сварганив себе несколько бутеров и запив их чаем, я переоделся в свой "Спортивный" стиль и двинулся на выход из квартиры.

Но, подойдя к двери, резко остановился и посмотрел на диван, расположенный в зале.

Винтовку бы почистить и в порядок привести… Моё оружие же…

Посмотрев на часы, я тяжело вздохнул и покинул квартиру. Времени на то, чтобы привести винтовку в порядок у меня нет, хоть и сильно хочется. Вот только, если опоздаю, то опять наказание впаяют.

— Надеюсь, что хотя бы этот день пройдёт нормально. — спокойно произнёс я, закрывая дверь квартиры и двинувшись к лифту.

* * *

Слушая мерный звук выбивающих по клавиатуре пальцев, и чувствуя витающий в воздухе запах освежителя воздуха, я сидел на кожаном диване в приёмной директора.

После прибытия в академию, я сразу же двинулся в общагу, где переоделся в форму, а после, собирался на уроки. Вот только, зайдя в класс, учительница отправила меня к директору.

Зачем я понадобился главе этой академии? Хороший вопрос, на который хотелось бы знать ответ. Косяков за мной нет, во всяком случае тех, которые уже есть. Так что… Без понятия.

Услышав звук открывшейся двери, я повернул голову и увидел выглядывающего из проёма директора. Махнув мне рукой, он пригласил внутрь.

— Здравствуй, Виктор, — произнёс он, как только сел в своё кресло, а я встал в центре кабинета. Хотя… В том хаосе, что творился в этом помещении, не поймёшь, где центр, а где нет.

— Здравствуйте, Иван Петрович, — кивнул я, заведя руки за спину и встав прямо. За годы жизней, где я перерождался в солдата, такая поза у меня выработалась автоматически.

— Ты, наверное, думаешь, зачем я тебя позвал? — спросил он, начав крутить лежавший на столе апельсин.

— Есть такое, — очередной кивок, на который старик слегка улыбнулся и взял со стола бумажку, протянув мне.

— Ознакомься.

Сделав несколько шагов, я взял бумагу и вчитался в написанное. И по мере того, как мои глаза бегали по тексту, лицо начинало хмурится.

— Я не отличник, — спокойно произнёс я, взглянув на директора.