Пусть приходят. Пусть она расскажет своему отцу, деду, брату. Расскажет кому угодно о том, что здесь произошло. И если её родня не поймёт, что ж… Такой дар претит мне, и после ошибки Виктории, я не буду сожалеть, если уничтожу её клан полностью. Подчистую. Не смогли воспитать свою дочь, значит будете отвечать за её ошибки!

Вырвав свою ладонь из моей руки, девушка тяжело задышала и опустилась на место, спрятав взгляд.

— Я пойду, Сонь, — сухо произнёс я, вытаскивая свою конечность из её хватки и обведя взглядом каждого сидящего за столом. — Аппетит пропал.

— Д-да… Хорошо… — понурила она голову, тяжело вздохнув. — Увидимся в академии…

Не говоря ни слова, я быстро развернулся и двинулся на выход из заведения и, когда я уже подошёл к двери, до меня донёсся голос администраторши:

— Это был глупый поступок, юноша.

Слегка повернув голову и встретившись с ней взглядами, я увидел за её спиной висящий на стене герб. Красный лев на каплевидном щите, края которого обвили синие розы. Герб клана Долматовых.

Теперь понятно, чей это ресторан.

— Моё имя — Виктор Романов. Передайте это своему главе. Если у него будут вопросы, он найдет меня в имперской академии. — холодно произнёс я, на что женщина кивнула и более не обращала на меня внимание.

С силой толкнув дверь и чуть не выбив её с петель, я вышел на улицу и, дойдя до своего байка, остановился.

Ярость клокотала в груди, готовясь вырваться наружу. Жнец бился в клетке, не желая успокаиваться. Мои кулаки то сжимались добела, то разжимались. А в мыслях то и дело витала сцена того, как я сворачиваю шею Виктории.

— Успокойся, Виктор… — закрыл я глаза, мерно задышав. — Всё хорошо…

Поняв, что сейчас за "руль" желательно не садится, я посмотрел на музыкантов, играющих возле метро. Они были поглощены своей песней. А люди, окружающие их, были счастливы. Они танцевали и веселились.

Кивнув, я двинулся к ним, желая послушать музыку и успокоиться.

Но только я перешёл дорогу и практически дошёл до группы танцующих… То услышал взрыв, а спину обдал мощный порывом ветра, подбросившим меня и откинувший в ближайший фонарь!

Почувствовав резкую боль в спине, я вскрикнул больше от неожиданности. А после, упал на асфальт, ударившись головой.

Крики людей стали раздаваться отовсюду, перемешиваясь со скрежетом металла и громкими сигналами врезавшихся машин.

Поморщившись от боли в спине и почувствовав, что одно из рёбер, похоже, сломано, я быстро наложил две печати Регенерации, ощутив облегчение и приятный холодок.

Кряхтя, я поднялся на ноги, осмотревшись.

Вся улица представляла собой настоящий хаос. Куски бетона, асфальта и сломанных фонарей были повсюду. Люди разбегались кто куда, крича и вопя. А те, кто оказался близко ко взрыву, лежали на асфальте, окровавленные и изломанные.