— П-приказ… — сипел он. Его кожа начинала сереть, а глаза покрываться пеленой, будто в них исчезала сама жизнь.

Цыкнув, я ослабил поводок Пламени Бездны. Животный рёв боли раздался в остатках ресторана, заглушая стоны выживших, а спустя долю секунды, в моим ногам упал лишь чёрный пепел.

Ощущая запах крови, перемешанный с пеплом, я сжал фотографии в кулаке и применил Скачок, оказавшись на улице. Мой байк так же задело взрывом и от былого механического зверя остался лишь металлолом.

— За мотоцикл вы мне вдвойне ответите, выродки. — процедил я, после чего побежал выискивать транспорт.

Впрочем, бежать пришлось недолго. Буквально 20 метров и я замечаю белое авто, сильно похожее на Subaru Impreza WRX.

Сойдёт.

Скачок и я оказываясь возле двери водителя. Мужик за рулём пытался прийти в себя и осознать, что происходит. Из его лба текла кровь, а глаза не могли сфокусироваться.

Открыв дверь, я схватил его за плечи и вывалил на асфальт, услышав в ответ хриплый стон, перемешанный с болью.

Испытывал ли я стыд за подобное? Нет. Мне плевать на него. Сейчас я думал совсем от другом.

Сев за руль, я завёл авто и, дав заднюю, выехал на пересечение дорог, попутно разворачиваясь на полной скорости.

Вдавив педаль в пол, я помчался до своей квартиры. Являться в образе Виктора Романова будет слишком глупо. Надену личину Джордани, а потом в квартал Долматовых. Людей, которые враждуют с Захаровыми. Об их грызне каждая уличная собака знает.

И чем вообще думала Виктория и её семья? Я только сейчас понял, что не заметил охрану в ресторане. Какими нужно быть идиотами, чтобы не выставить защиту, когда у тебя есть враг? И почему эти ублюдки оставили своего? Чтобы добил свидетелей? Возможно.

Но зачем им нужна София? Она простолюдинка, а не аристократка!

Опять аристократы и их интриги.

Ненавижу проклятые интриги!

* * *

Открыв глаза в тёмном помещении, София ощутила запах сырости и холод. Всё её тело изнывало от боли, каждая его часть. Издав хриплый вздох и почувствовав, что ей тяжело дышать, девушка мутным взглядом осмотрелась вокруг, но видела лишь темноту и железные прутья.

Услышав рядом с собой тихий плач, она с трудом повернула голову и увидела ещё одну клетку, в которой сидела Виктория. Платье девушки было разорвано, а на руках виднелись следы засохшей крови.

— В-вик… — с трудом произнесла София, ощутив, как горло обожгло.

Стоило только её голосу прозвучать, плачь на мгновенье стих, а Виктория посмотрела на очнувшуюся Софию. В глазах девушки застыл страх и ужас.