Размышляя над этим, я снова был занят поднадоевшим делом: долбил камни, извлекая изумруды. Время потихоньку шло. Очки здоровья восстанавливались, как и мана. Кулдаун воздушного щита заканчивался, одно меня беспокоило — это отсутствие новостей из второго данжа. По моим грубым подсчетам подвал уже должно было залить на метр, но никаких новостей о развоплощении боевого зомби не поступало. Или тот оказался гораздо крепче скелетов и успевает отрегенерировать больше очков прочности, чем ему сносит освященная вода; или она нашла новый слив, куда благополучно и стекает; или дверь без усилия человека открываться не желает. В любом случае это будет эпический облом. Не для того я все это устраивал, чтобы убить пару ветхих скелетов.
Я собрал инструмент и встал. Достал новый щит. Старый развалился при последнем взрыве, и я даже не стал забирать обломки, хотя, судя по прочке его еще можно было восстановить. Но тогда мне было не до него и сейчас я не собирался за ним лезть. Обитатели штреков тоже вылезать не спешили, и я беспрепятственно смог пройти дальше. С каждым шагом становилось все темнее, жарче и вскоре пещера стала освещаться только алыми всполохами, идущими из глубин подземелий. Всполохи появлялись и исчезали, пробегая по стенам и потолку, на краткий миг рассеивая темноту, а затем исчезали вновь, чтобы еще через миг вновь прошмыгнуть мимо и погаснуть вдали. Ко всему прочему, спереди стал отчетливо слышен странный гул, похожий на звук ледохода, когда глыбы льда трутся друг о друга, ударяются о берег, разламываются на куски. Вот, правда, тяжелый запах серы, зависший в воздухе, с ледоходом никак не вязался. С каждым шагом я шел все медленнее, а в конце вообще лег на пузо, пробираясь вперед ползком. Коридор закончился, расширяясь в большую пещеру. Дорога так и продолжала идти вдоль стены пещеры, изгибаясь вместе с ней и постепенно спускаясь все ниже. Я прополз еще с метр и свесился с карниза. Дорога все спускалась и изгибалась, пока, сделав почти полный круг, не ныряла в поток расплавленной магмы. Тяжелая, черно-оранжевая река, вытекала из-под одной стены и не спеша, треща и ворча текла под другую, скрываясь под ней настоящей рекой лавы. И в этом потоке плескалось нечто. Наверняка это был голем, вот только до него было далековато и информации было не рассмотреть. По форме же он отличался от всех ранее видимых мной представителей этого рода. Даже тот элементаль, что сражался в данже с нежитью был раза в три меньше и не имел конечностей, имитирующих руки. У этого они были. Он зачерпывал ими полные горсти лавы и выливал их на себя, будто пытаясь ими умыться. Он довольно урчал и клокотал, то наполовину ныряя в поток, то резко поднимался, взметая в воздух целые фонтаны магмы. Точь-в-точь ребенок, купающийся в ванной… ребенок тонн на десять-пятнадцать весом.