— Подобравшие меня шиноби из поисковой партии запечатали ее в свиток, — кивнула Сая, — он у меня в спальне лежит.

— Значит, пошли править твои многострадальные лапки, — усмехнулся я, подхватывая Саю на руки и поднимаясь с дивана.

Сделать следует много чего, а времени мало.

Проснувшись от тянущего чувства, идущего от крохотной печати на левой стороне груди, я сначала не понял, в чем дело. Вроде ничего болеть не должно, но только через несколько мгновений проснувшись, сообразил, что это сигнал о скором перемещении и у меня есть буквально пара минут на сборы. Блин, но сейчас же только третий день прошел от моего прибытия!? Подскочив с постели, я начал судорожно натягивать одежду и мимоходом порадовался, что все оружие находится в печатях.

— Ма, я перемещаюсь, — потряся Саю за плечо, сообщил я и тут же умчался в прихожую одевать сандали.

— Рью? — сонный голос донесшийся из спальни заставил меня на мгновение замереть.

— Меня клон призывает, так что до встречи через несколько месяцев! — только и успел крикнуть ей, как с громким хлопком оказался посреди своей палатки на большом развернутом свитке с печатью обратного призыва.

— Что случилось? — обратился к клону.

— На нас напали!

Блин, ну что за жопа!!

Глава 42

Глава 42

Как только я выскочил на улицу вслед за клоном, на меня сразу же обрушился шум схватки и грохот применяемых земляных техник из-за стены, до этого приглушавшихся стенками палатки. Пусть количество распыленной в воздухе чакры несколько мешало точному определению ситуации, но это не помешало мне оценить наши и противника силы, что столкнулись уж пока дальнем бою.

И первое, что меня удивило, так это количество народу в лагере — два десятка чунинов, половина из которых сейчас оказалась на стенах и вторая туда уже подтягивалась из палаток, на бегу натягивая одежду и проверяя оружие, а также две команды генинов, что растерянно оглядывались по сторонам. Нет, я ожидал, что всех сильных бойцов заберут на прорыв вглубь вражеских линий, но чтобы не осталось ни одного джонина или токубецу джонина (раненые не в счет)?! Когда во всем лагере самый сильный — мой порядком просевший по чакре каге буншин, то это уже слишком! Впрочем, и у нападавших ситуация оказалась не намного лучше. Один сильный шиноби, что использовал техники для вынесения наиболее летальных чакровых ловушек в защитном поясе вокруг стен, четырнадцать чунинов и… постепенно уменьшающееся количество генинов, используемых как мясо для разрядки многочисленных неприятных сюрпризов перед основными силами нападения. Причем, если судить по откровенно слабому ощущению от их чакры, на убой послали буквально детей только из академии! Ну, если Ооноки хочет вырезать свое молодое поколение, то милости просим.