– Я говорил серьезно насчет войны, Фэй, – сообщает Гейдж, скрещивая руки на груди. – Элли было бы безопаснее в мире смертных, вдали от этого хаоса.
– Нет. Они знают, как она дорога мне. Она остается. Здесь я смогу ее защитить.
Он вздыхает и проводит рукой по волосам, зацепившись за один из рогов.
– Ты сильна, Фэй. Драконья магия сработала. Ты можешь проделывать с помощью чар такие вещи, о которых я раньше и не подозревал. Я говорил, что она возвела стену? – говорит он Исле, прежде чем снова повернуться ко мне. – Но ты не соперница многовековой королеве и ее Двору. – Он прохаживается по комнате. – Я многое бы отдал, чтобы узнать Истинное Имя, которое дала тебе твоя мать.
Элли, услышав это, склоняет голову набок.
– Почему бы нам не попытаться спросить у нее?
Гейдж останавливается и так резко поворачивается к Элли, а я думаю о том, как он не свернул себе шею.
– Что? – переспрашивает он, его голос затихает, как случается перед сильнейшими летними штормами.
– Элли, – предупреждаю я. Либо она не слышит меня, либо неверно истолковывает мой тон.
– То есть я знаю, что она практически все время не в себе, но, может быть, ты сможешь достучаться до нее. – Элли оглядывается по сторонам, не догадываясь о значении взглядов на лицах присутствующих. Она поворачивается ко мне. – Я знаю, что ты не хочешь усугублять ситуацию, но ради столь важного дела? Ты должна хотя бы попытаться, верно?
Черные глаза Гейджа устремляются на меня, пока он собирает все кусочки знаний воедино.
– Ты никогда не говорила, что она умерла, – осторожно утверждает он, когда его озаряет понимание.
Я вздыхаю и сжимаю переносицу большим и указательным пальцами.
– Нет.
– Ты только сказала, что вы потеряли ее, – продолжает он.
– Да, – отвечаю я, поджав губы. И если бы я не была так разбита, если бы не была все еще покрыта брызгами крови Келлана, я могла бы немного возгордиться собой за этот обман. «