Кассандра Каценберг внезапно осознала, что родилась с возможностью исправлять ошибки, допущенные в прошлом.

Добрые дела, которые могут обернуться злом.

Теперь она захотела зримо представить себе будущее. У нее было время, и делать ей было нечего.

Тибетские монахи уединяются в хижине на вершине горы, чтобы отрешиться от мирской суеты. Я тоже сейчас в уединении.

Кассандре хотелось видеть картины будущего по своему выбору, а не те, что приходят во сне. Ей хотелось узнать, какие возможности есть у человечества. Понять, какой путь правильный, а какой ошибочный.

147

Все хорошо.

Для меня настала пауза.

Я была слишком возбуждена. Все, что со мной происходит, расширяет мое сознание.

148

Вот уже двое суток Кассандра не просыпалась. Она не притрагивалась к еде. Филипп Пападакис заглянул к ней, подошел к кровати, взял за руку, чтобы измерить пульс. Она едва приоткрыла глаза.

– Едва бьется, – сообщил он.

Комментатор в телевизоре громко частил: