Она слегка улыбнулась, проглотила слюну и выговорила:
– Результатов скачек… И… это… смешно.
Кассандра лежала с закрытыми глазами и говорила:
– Если бы вы знали, сколько я передумала за эти три дня…
Она замолчала, потом снова заговорила:
– Мне не хватает для полноты картины только одного, я должна знать, что сделали мои родители с моим мозгом, чтобы я стала непохожей на других. Мне недостает только этого пазла. Что со мной было от рождения и до тринадцати лет. Скажите мне, меня это интересует… Иначе…
Кассандра замолкает посередине фразы и закрывает рот. Филипп Пападакис берет в руки ленивчик.
– Именно этого я и опасался, слишком тихий звук!
Директор школы доводит звук до оглушительного. Кассандра морщится и зажимает уши.
– Это поможет вам сконцентрироваться на скачках, – улыбнулся директор. – Еще немного, и вы возьмете барьер, отторжение превратится в интерес. Вы поймете, что скачки – это страшно увлекательно…
Директор не закончил фразы, глаза его округлились, он замер, потом упал на пол.