Ребята спустились в подвал, куда уже подобрался огонь, и освободили Пападакиса из заточения. У них за спиной восторженно гремел телевизор: «Потрясающие скачки! Именно такие мы хотели бы видеть как можно чаще! Лошади будто летели, фавориту пришлось выжать из себя все до последнего, чтобы обойти соперников…»
Филипп Пападакис задохнулся, но сердце у него билось. Они оттащили его на тротуар и оставили лежать. К пожарищу подъезжали первые пожарные машины. Кассандра и Ким поспешили уйти от горящего интерната как можно дальше.
Неожиданно возле них остановился старенький «Рено Твинго». Передняя дверца приоткрылся.
– Садитесь быстро! – пригласил водитель.
Кассандра рассмотрела в полутьме знакомое лицо: Шарль де Везеле.
На секунду она застыла в нерешительности, и тут он протянул ей листок.
«…Кассандра заколебалась, но записка от брата убедила ее сесть в машину. Брат ждал ее…»
Записка и в самом деле убедила Кассандру и Кима. Они быстренько уселись на заднее сиденье, и Шарль де Везеле нажал на акселератор. Охваченное пламенем здание, куда, словно бабочки, спешили со всех сторон пожарные машины, осталось позади.
Кассандра Каценберг обернулась и издалека смотрела на пылающий огонь. Он уменьшался, стал небольшим костром, потом яркой точкой. Оранжевое пятно меняло очертания в темноте, когда она закрыла глаза.