– Нет, – возразил Ким. – Мы можем и будем действовать.

Молодой человек с длинными волосами медленно повернулся к новому собеседнику:

– Здравствуй, Ким Виен. Приятно слышать энергичную, полную юношеской наивности речь. Ты любишь красивые изречения, вот тебе одно от меня: «Оптимисты – люди, не обладающие информацией».

Даниэль звонко рассмеялся, но смех превратился в кривую усмешку.

– Исчерпывающая фраза, добавить нечего.

Теперь они стояли лицом друг к другу, и Кассандра внимательно вглядывалась в брата. Взлохмаченные волосы, бледное с тонкими чертами лицо. Почти женское.

Он похож на меня.

Большие серые глаза, только чуть потемнее, такие же волосы. Скулы чуть выше, губы тоньше. И много шрамов на лице. Наверное, после падения.

Кассандре он показался красивым.

– Не смотри на меня так, сестренка. Мне уже ничем не поможешь. Я ошибся, но теперь знаю истину: «Будущее изменить нельзя».

Оглушительный удар грома сотряс небо. Дождь превратился в ливень, он колотил по крышам, словно по там-тамам.

– Бедная моя сестренка. Но это не наша вина. Родители намеренно сделали нас разными, но подчинили одной химере: стремлению видеть будущее. Они им бредили. А мы нет. Но они не спросили нашего мнения. Ясновидение – это проклятие. Лучше ничего не видеть. Хорошо быть простодушным дурачком, ничего не знать, верить лживым сказкам, выть с волками по-волчьи, призывать хищников к убийству, плыть по течению. Как приятно гнить, оправдывать тиранов, отыскивать вины у жертв.

Дождь лил потоками, и Кассандра едва слышала высокий, почти женский голос брата.

– У нас были странные родители, сестренка. Они нас сделали аутичными, потом превратили в машины для общения с будущим, но позабыли, что нас нужно было любить. Мы с тобой совершаем невероятные вещи, но любить не умеем, потому что не знаем, что это такое. Мы невероятные результаты экспериментов номер двадцать три и двадцать четыре по добровольному аутизму с целью развития способностей к ясновидению.

Даниэль снова грустно улыбнулся:

– Из-за этого я и убежал из дома. Не хотел участвовать в их играх. Хотел сам распоряжаться своей судьбой. Потому мы с тобой и не познакомились. Ты была одна, сестренка, и пошла дальше меня. Думаю, ты позабыла свое детство, чтобы не нести на себе тяжесть вины за их смерть. Но иногда стоит пошарить в загашниках памяти и выудить оттуда забытую частичку себя. Ты пробовала?

Взгляд Даниэля стал пронизывающим.