– Конечно, это произойдет не сразу, потребуется время. Жаль, но видеокамера на башне Монпарнас показала, что ты убила своего брата. Ты толкнула его, и он полетел вниз.

Черт побери! Карта Эсмеральды «Господень Дом»: женщина и мужчина падают с башни. Теперь я все поняла. Брат упал. Теперь пришла моя очередь.

– Затем пожар в интернате «Ласточки». Есть свидетельства, которые говорят против тебя. Возможно, я буду бомжом, но ты прежде чем стать нормальной и счастливой девушкой, посидишь в тюремной камере. Если бы я запер свою Либерти Бель, она была бы сегодня жива. Запереть – это лучшее, что я могу сделать для тебя сегодня.

– На какой срок?

– Убийство и поджог. Для несовершеннолетних это исправительная колония.

Какое мерзкое название! Место, где попытаются вернуть власть левому полушарию над правым, чтобы я стала такой, как все.

– Полагаю, года на четыре. Когда выйдешь, тебе будет двадцать один год. Самое большее, двадцать два.

Значит, всему конец. Полное фиаско. Я не увижу Кима четыре года. Ким не станет меня ждать. Я уже поняла, ему не хватает терпения.

– Но мы можем договориться. Ты скажешь нам, где найти твоих сообщников, и тогда мы…

Кассандра молчала, сжав губы, но продолжая пристально смотреть на Пелисье.

– Режим в исправительной колонии мягче, чем в тюрьме. Но оттуда тебе будет труднее убежать, чем из интерната «Ласточки».

Кассандра слушала с безразличным видом.

– Я сделаю все возможное, чтобы тебе помочь. Буду тебя навещать, поддерживать, – пообещал Пелисье.

Кассандра впилась в него взглядом.

– Почему вы помогаете мне, инспектор? Из-за Либерти Бель?

– Нет, из-за Марка-Антуана, моего старшего сына. Он был, как ты, аутистом. Ты не знаешь, что это такое жить с аутичным ребенком. Думаю, родители жили с вами, как в аду!

Лицо Пелисье внезапно оживилось.