Императора никто специально не ждал, и гости прогуливались по залу и общались друг с другом, ожидая начала праздника. Как только появились Корнеевы, они сразу же приковали к себе взгляды всех присутствующих. При этом женщины ожидаемо уставились на Петра, а мужчины не сводили глаз с Лены.

— Дорогая Ларесса! — сказал подошедший к ним с женой Орен Фел. — Вы, как всегда, несравненны! Не представите нам своего спутника? Прошлый раз его с вами не было.

— Увидев один раз, такого мужчину уже не забудешь, — добавила Алисия. — А вы, дорогая, все оригинальничаете? Но, надо признаться, вам идет. Никогда не видела ничего подобного. Смотрите, как вас поедает глазами мужская часть зала. Сшить, что ли, что‑нибудь подобное для себя? Я еще в прошлый раз хотела вас спросить по поводу кулона, но как‑то вылетело из головы. Не скажите, где делают такую прелесть?

— Кулон подарил муж, который стоит рядом со мной, а этот обруч изготовил главный ювелир сатрапа Археи.

— Так вы вышли замуж? Ну что же, пара получилась на загляденье! Позвольте поздравить!

— Спасибо. Господа, это мой муж и член Совета дома Раум, корифей Петр Корнев. Петр, это глава Совета дома Оранью, архимаг Орен Фел и его жена корифей Алисия Морат.

Новость о ее замужестве мгновенно облетела зал, и к ним стали подходить с поздравлениями знакомые маги и те, кто, пользуясь случаем, знакомились с ней и мужем сейчас.

— Я поздравляю вас с браком, — сказал подошедший к ним пожилой маг. — Архонты не так часто образуют семьи, да еще по любви. Позвольте представиться! Глава дома Хель, архимаг Арман Хесс. Ларесса, вы не уделите мне несколько минут?

— Петр, нам с уважаемым Арманом надо переговорить. Это ненадолго.

Они отошли к столикам с фруктами и напитками, где было меньше магов.

— Вы хотели услышать о судьбе сына? — прямо спросила Лена, понимая, о чем будет разговор. — Мне не хотелось бы говорить то, что я скажу, и не хотелось делать то, что я сделала, но ваш сын не оставил мне выбора. Свою жизнь и свободу я, как и любой маг, ставлю выше жизни и интересов тех, кто на них покушается. А ваш сын, извините, несмотря на магический талант, оказался избалованным и не слишком умным. Мне и моим спутникам пришлось защищать сначала свою свободу, а потом и жизнь. Вашего сына и тех, кто его сопровождал, больше нет. Место захоронения я вам показать не могу, тела просто сгорели.

— Мой начальник службы безопасности провел расследование и сказал мне примерно то же самое, что и вы. Я не хочу осуждать своего сына, и у меня нет ненависти к вам, но я не могу вам обещать, что для вас все останется без последствий. Я любил сына и слишком ему во всем потакал. Его решение в отношении вас было ошибкой. Может быть, я и смирился бы с потерей, но моя жена переживает ее слишком сильно. Мне не советовали к вам подходить, но я решил, что так будет правильно. Прощайте.