– И кто меня за язык тянул? – спросил Рой, когда Якорь ушёл. – Не стоило болтать лишнего.
– Рой, я его видел где-то, – сказал Кваз.
– Да-да старина, – похлопал его по плечу тот. – Это именно он был с тобой, когда на вас напали муры, и потом пытали вас. Забыл? И тебя, и его, и остальных рейдеров после побоища, которое устроили муры встретил торговец Еврей.
Кваз задумался.
– Нет, – наконец сказал он. – Я видел его до этого где-то ещё.
Рой только кивнул. Якорь – один из известных и уважаемых людей в Улье. Всегда помогал новичкам, нянчился с зелёными рейдерами, ходил в самые опасные рейды, проскакивая между мурами и внешниками, а иногда ходил с другими рейдерами. Не удивительно, что Кваз его где-то видел.
– Рой.
– А?
– Я не помню некоторые моменты, но я не попадал в засаду муров с теми рейдерами, – сказал Кваз.
– Что ты сказал? – повернулся к нему Рой.
– Муры поймали меня одного, – пояснил Кваз. – И пытали меня. Но потом я бежал. Я и ещё несколько людей прибились к потрёпанному отряду.
– Хм… – сказал Рой. – Что же ты сразу не сказал? Ладно, пойдём искать хату и будем расслабляться. Я очень хочу выходной.
Пятый сезон «Игры престолов» прошёл на ура. После настало время для «Секретных материалов», а затем «Между небом и землёй», что заняло сначала весь вечер, а потом и большую часть ночи. Спать пришлось до полудня. Рой снова почувствовал себя студентом или школьником.
В полдень получилось проснуться, поесть, после чего Рой торжественно достал потрёпанную игровую приставку. Особых трудов стоило её достать. Взрослые мужики лет за пятьдесят защищали её как Святой Грааль, ни в какую не желая даже одолжить на время. Чего-чего, а такого Рой не ожидал. А когда они отдавали диски, то чуть не рыдали…
– Ёпт… – тихо сказал Кваз. – Как давно я не видел этой штуки. Блин… Опять не поспать… Как круто!
– У меня ещё комп припасён, – важно кивнул Рой. – Там есть все «Герои», «Фоллаут», «Контра» и всё-всё-всё…
Кваз посмотрел на него взглядом Робинзона, который три года прожил один на необитаемом острове.
Это был кайф. Никуда не нужно было идти, ничего, или почти ничего не нужно было делать, и можно было совсем не думать ни о каких интригах.