— А я бы отдал часть управления аляскинских факторий, — усмехнулся средний брат. — Знаешь же «Мэрис Иглу» и «Уайт Маунтин»? У семейства Меллонов и в наших руках контрольный пакет, можно чуточку поделиться с Мстиславскими. Пусть бодаются с чертовыми янки.

— Хорошая мысль, — улыбка расслабила жесткие складки на лице князя Георгия. — Действительно, Меллоны ищут спонсоров для поисков алмазных и золотоносных копий. Мало им, видите ли. Поэтому вовремя появившиеся Мстиславские на какое-то время отвлекут Энтони. А то надоел своим нытьем, скупердяй калифорнийский. Хочет, чтобы мы присоединились к их проектам. Но я-то точно знаю, что алмазные копи в Кобуке истощены, и для поиска новых нужны серьезные финансовые вливания.

— Вы считаете Мстиславских наивными руководителями? — Аксинья не собиралась учить мужчин, но ее покоробило, насколько Мамоновы уверены в своих хитрых комбинациях. Как бы не пришлось разочаровываться. — Они же первым делом проверят все финансовые дела факторий. И к тому же императору обязательно потребуются коммуникации, связывающие оба континента. Значит, придется договариваться о портах. А это стимулирует строительство новых железнодорожных путей и охрану грузов. Кто, думаете, захочет взять контракт?

— Не факт, что Булгаковым дадут развернуться, — тут же возразил Алексей. — А насчет портовых доков надо подумать. Если император проявит интерес к портам, нужно сделать так, чтобы у него не было шансов протянуть коммуникации от Транссиба, иначе через пять-десять лет нас обкусают со всех сторон.

— Меня это и беспокоит, — подтвердил Георгий. — Камчатские и сахалинские порты очень лакомые кусочки. А в вечную мерзлоту император не полезет. Но зато запомнит, как мы ему предлагали обглоданную кость.

— Вторая встреча с посредником когда? — Алексей помассировал подбородок.

— Сегодня. Я постараюсь подкинуть несколько идей, пусть обсуждают.

— Я бы как следует подумал, нужен ли нам вообще союз с императорским кланом, — неожиданно высказался Сергей и посмотрел на сидящего рядом брата, ища у него поддержки. — Жора, ведь можно выждать три года, а потом на законных основаниях огласить родство, если ты так уверен, что мальчишка — именно твой сын.

— Тебе мало было доказательств, которые я предоставил? — металл скрежетнул в голосе Главы Рода. — Сомневаешься, посмотри на портрет Добра Мамонова. Поневоле поверишь в переселение душ.

Сергей выставил перед собой ладони, признавая правоту старшего брата.

— Не хочу ждать три года, — отрезала Аксинья. — За последнее время моего сына избивали, брали в заложники, где-то неделю пропадал, что никто толком и не выяснил, где именно, и кто этот таинственный меценат, спасший его. А что может произойти за время, пока он под опекой? Булгаковы откровенно перестали ставить на Андрея, и это шанс договориться с Мстиславскими.