— Кстати, а зритель хоть будет, или… — с оттенком тревоги в голосе спросил Симон.

— Билетов практически не осталось, и пока что еще лишь одиннадцатый час утра, мой друг, — словно предвидев этот вопрос, спокойно ответил Филипп.

— Не понимаю, как это тебе удается…

— Я просто очень этого хочу. Если к этому добавится еще и ваше желание, мы горы сможем свернуть.

— Ты думаешь, помощь компании сказывается на результате? — улыбнувшись, спросила Агнесса.

— Они — наш рупор. Они используют нас для создания своих капиталов, мы же будем их использовать для распространения своего слова. Они же сказали, что поддержат все, что бы мы ни создали.

— Что бы ты не создал, — поправил его Аарон.

— Аарон, и все вы, прошу вас помнить, что сегодня мы работаем сообща. Сегодня нет меня, тебя, ее, его. Сегодня мы — это Театр, который благодаря подвернувшемуся под руку случаю, проведет вечер с обществом, которое давно ищет встречи с нами.

Людям очень хочется слушать истории. Многим из них не рассказывались истории аж с детства. В какой-то момент их родители посчитали, что раз их дети научились читать, то и книжки им читать перед сном не нужно. Книжки-то они могли и сами прочитать, но вот слушать истории им более не доводилось. Редко, крайне редко до их слуха вдруг доходили новости о какой-то удивительной человеческой судьбе, или же они видели какое-то увлекательное кино, но не понимали, что именно привлекало их внимание и почему услышанное или увиденное днями не покидало их. А все дело в том, как были преподнесены те или иные события.

Да, нас будут использовать. Нас уже используют. Да, в их мире работает схема «главный плюс остальные». Да, нас в любой момент могут променять на новых героев. Да, мы можем перестать быть единым коллективом. Давайте не будем друг другу врать, давайте посмотрим друг другу в глаза и честно признаемся в том, что для нас все это — не тайны, не откровения, не секреты. Мы все — самые обычные люди из плоти и крови, и всем нам нужно где-то жить, как-то одеваться и питаться. Но у нас с вами есть еще кое-что: Любовь.

Филипп внимательно смотрел в глаза каждого из сидящих. Кто-то держал его взгляд, кто-то опускал, иные сконцентрировались на содержимом своих чашек и кружек, и никто не оставался безучастным.

— Мы все любим друг друга, и этого у нас не отнять никому, даже самому генеральному из всех генеральных. Не купить за все деньги мира. Не сгнобить и не убить в самых страшных подвалах. И именно она дает нам крепкую основу, на которой мы можем строить наше счастье. Я сам видел счастливый свет в глазах каждого из вас — я зуб даю! Я видел в ваших глазах то, что я не мог найти во всех людях этого серого города уже много лет. А ведь я искал. Искал, но не мог найти. И я отчаялся. Но в самый неожиданный момент я…