Леха знал одного такого персонажа.

— Ираклий, — услышал Тин тихий голос паладина Бедивера.

У одного из бесчисленных каменных гробов на коленях стоял великий паладин. В своих руках он держал тело мертвого старика, которого Тин сразу узнал.

Это был Ираклий. Именно этот старик выбивал имена на надгробиях, он же следил за порядком в Гробнице Первого Света. Когда внутрь вошла нежить, Ираклий, невероятно старый и дряблый человек, заслонил собой «подопечных». Но разве мог один старик с заклинаниями Света и с зубилом в руках сдержать армию живых мертвецов?

— Ужасно, — только и сказал Тин. Несколько секунд он, колеблясь, смотрел на паладина Бедивера. «Нужно оставить его одного», — подумал Тин и тут же помотал головой.

«Нельзя».

Тин подошел к великому паладину и положил ему ладонь на плечо.

— Он погиб, как истинный слуга Света. Да хранит Маркус его душу.

— Да, юный магистр. Да хранит Маркус его душу.

Бедивер поднялся с коленей и аккуратно положил тело Ираклия на стол.

— Идем, — сказал он, грубо схватив за рукоять свой молот. Тин не видел лица паладина, мешал шлем. Но Леха знал, что сейчас в глазах Бедивера горит холодная решимость.

Месть — это то, что паладины порицают. А вот справедливое воздаяние — нет. И пусть между этими двумя терминами почти нет разницы, паладины все равно умудрялись проводить между ними разграничительную линию.

Сейчас Бедивер был готов нести воздаяние.

Когда Тин и великий паладин добрались до Зала Славы, все уже было кончено.

— Предвестник. Мы почти справились сами, когда появились подкрепления, — сказал великий паладин Айвен. — Нежити почти не осталось.

— Хорошо, — кивнул Тин.

— Где вы были, Предвестник? — спросил Галлахад.

— В Гробнице Первого Света, — сказал Тин мрачно.

— Они убили Ираклия, Галлахад. И унесли с собой тела наших почивших братьев, — добавил Бедивер.

Орден Охотников на нежить погрузился в молчание. А спустя мгновение даже самые обессиленные паладины вскочили на ноги.