У входа в собор стояли игроки Им было интересно, что произойдет. Были здесь и верующие, которые всегда следили за Предвестником.

Весь великий собор святой Линды наполнил такой яркий свет, что Тин едва не ослеп. Через секунду Леху будто подхватили невидимые руки, и он стал парить в воздухе. Над собором была скальная толща, но Свет открыл врата прямо сквозь «крышу». Тина стало поднимать все выше и выше, и вскоре он покинул Акродус.

— Никогда не взлетал так высоко, — сказал вслух Леха. У крыльев, как и у летающих ездовых животных, есть ограничения, нельзя подняться слишком высоко. Сейчас Тин был выше дозволенного игрой. И скорость подъема только увеличивалась.

Перед глазами появился золотой загрузочный экран. Прошло несколько секунд, и Тин понял, что подъем завершился.

Леха открыл глаза.

— Чего-то такого я и ожидал.

Тин стоял на облаке. Прямо из-под облаков торчали персиковые древнегреческие колонны и слегка розоватые арки. Никаких зданий не было: колонны и арки просто украшали небеса.

Выныривая из облаков неподалеку, на облако Тина стали прилетать серафимы.

У ангела всего два крыла. У архангела — четыре. А у серафима целых шесть. Встречать Тина прилетели десять серафимов, которые замерли по обе стороны, как королевские гвардейцы.

— Значит, мне туда? — спросил Тин.

«Думаю, на девятом уровне Божественного призыва можно призывать серафимов, раз на восьмом я призываю архангелов. Выглядят серьезными ребятами», — думал Леха, проходя мимо небесных созданий.

Живой коридор привел Тина к ступеням. Поднявшись по ним, Леха наконец добрался до цели своего визита. Он пришел к Маркусу.

Маркус был похож на ветхозаветного ангела. На Тина смотрел огромный глаз, по всей видимости, красивого юноши. «Даже нет. Красивого бесполого существа», — подумал Тин.

Такие же глаза были у обычных ангелов, но глаз Маркуса был самой квинтэссенцией божественной красоты. И только глазом Маркус и был похож на человека.

Тела у Маркуса не было. Два огромных белых крыла, глаз и несколько золотых колец. Кольца вращались вокруг глаза, который был в центре «тела» бога. В крыльях, казалось, и вовсе не было нужды: Маркус висел в воздухе, но при этом не делал ни единого взмаха.

Вид бога показался Тину жутким. Существо слишком отличалось от людей. Почему-то Лехе вспомнились бехолдеры, одноглазые монстры-шары. А когда зрачок огромного глаза сдвинулся с места и уставился на Тина, парня пробрала дрожь.

СТРАХ?

Голос звучал прямо в голове, и одновременно с этим повсюду.