В дверь тихонько постучали:

– Можно?

– Что случилось, дан Вентурини? – узнал Чезаре управляющего Адриенны.

– Почти ничего. У даны благодарность проснулась, – не стал врать Рокко. – Если я ее приведу… пусть посидит десять минут, подержит парня за руку. Можно?

Чезаре и задумываться не стал:

– Пускай приходит. И посидит, и подержит… вы когда уезжаете?

– Завтра вряд ли. Пусть денек полежит… послезавтра поедем. Я как раз в телеге для даны и место оборудую…

– В телеге…

– Она кареты ненавидит. Ее укачивает, – объяснил дан Рокко. – В телеге тоже плохо, но там хоть воздух свежий.

– Фургон закажите.

Дан Рокко только рукой махнул.

Заказывай не заказывай… бесполезно! В фургоне Адриенну тошнило так же, как и в карете. Кстати – после той поездки в столицу. Закрепилось, наверное…

– Так можно ей прийти?

– Конечно, можно, дан.

– Сейчас я ее приведу.

Дан Рокко вышел. Чезаре хозяйственно оглядел Энцо, который лежал под одеялом в чем мать родила.

М-да…

Он не ворочался. А одевать его…

У парня ребра переломаны, ему надо повязки менять – и натягивать на него рубахи? Нет уж! Пошла в пень та стыдливость, перебьется дана! Одеяло подоткнуть, и будет с нее.

Чезаре так и поступил. И, дождавшись еще одного стука в дверь, вежливо вышел, пропуская Адриенну внутрь.