Говорите, не каждая баба – дура? Врете! Каждая, он еще умных не встречал! Она что, надеется его остановить таким образом? Смешно даже! Нелепо как-то! Ну да ладно, главное – не орет!

Сейчас он ее…

Каким образом лезвие кинжала встретилось с рукой девушки, Винченцо так и не понял. Он ли неловко взмахнул рукой, она ли повернулась…

Нет, не понять.

Но на снег упало несколько капель темной, почти черной крови.

– Ай! – Дана совсем по-детски поднесла ладошку ко рту, слизывая капли.

Винченцо протянул к ней руку, намереваясь… он и сам пока не знал, что именно с ней сделает… что-то!

Притянуть к себе, оглушить, связать… ну и полапать чуточку…

А потом…

Потом пришла БОЛЬ.

Внезапная. Жестокая, острая, пробившая все тело от головы до пяток… и Винченцо закричал.

Заорал так, что звезды на небосклоне дрогнули и шарахнулись в разные стороны. И был для этого повод… кто бы не заорал, видя, как по коже руки бегут страшные кровавые язвы, как расползаются они во все стороны… и под одеждой происходит то же самое…

Он-то чувствовал.

И кричал, кричал…

Последним, что он увидел гниющими глазами, был выпавший из ослабевших рук кинжал. И носок сапожка даны, который наступил на него…

* * *

Адриенна могла больше не стараться. Чего орать?

Разбойник сам орал так, что на шум высыпали все. А кое-кто…

– Хватайте его!!!