В штабе они тоже испытывали оружие? Или только на базе в Феррингтоне? Где никто не знал того, что они замышляют? Принцесса направилась в штаб-квартиру, чтобы заполучить оружие в качестве доказательства или ради мести? Кого она надеялась привлечь к ответственности, когда генерал Регентства уже мертв?

Он превратился в пыль за неделю до исчезновения ее брата. Она надеялась, что ее брат был все еще жив…

Волны разбивались об опоры Вардина.

– Джей? – спросила Лета. – Пойдешь первым?

Он кивнул, все еще нервничая из-за мусоропровода. Он потянулся вниз и легко перенес свой вес с одного камня на другой.

– Теперь ты. – Я кивнул Лете. – Я полезу прямо за тобой.

Она стиснула зубы и последовала за Джеем.

– Ты в порядке? – спросила меня Кема.

– Наглотался грязи, – сказал я. – Но жив.

Она кивнула. Ее белые волосы казались желтыми от грязи, но в остальном она выглядела наименее взволнованной. Я хотел бы, чтобы у меня были ее нервы.

Я последовал за Летой, поставив ноги там, где она поставила свои. Кема последовала за мной.

Мы двигались шаг за шагом, камень за камнем, прокладывая себе путь вниз к мосту. Завеса продолжала гудеть и трещать позади нас. Это было похоже на тень, нависшую над нашими плечами, нашептывающую в уши. Но шепчущих голосов было так много, что нельзя было разобрать слов.

– Ты это чувствуешь? – спросил я.

Лета кивнула.

– Я почувствовала что-то подобное в Феррингтоне, прежде чем потеряла сознание. Будем надеяться, что халленов поблизости нет.

В отличие от Леты я не был уверен, что халлены опасны, и все же Регентство явно хотело сохранить их существование в секрете. Почему?

Влажная ночь сделала мою рубашку и руки скользкими от пота, это нисколько не помогало удержаться на камнях.

– Как вы? – спросил я, когда мы были на полпути к мосту.

– Просто прелесть, – ответила Лета.

– Мы можем перевести дух, – предложил я.