Считаные единицы, поняла она, поскольку Гарпеллы не до конца отказались от своих прежних навыков.

Были и другие заметные различия между нею и магами, окружавшими ее, и Кэтти-бри могла объяснить это только удивительными днями, проведенными ею в Ируладуне. Когда она взывала к своей магии, ее магический шрамы отзывались, чего не было ни у Пенелопы, ни у нескольких других аналогично помеченных волшебником. Даже у Кэтти-бри эта реакция казалась скорее внешней, поскольку ее магия была не слишком сильной. Случись ей сойтись в поединке заклинаний с Пенелопой, девушке очень быстро пришел бы конец, она не сомневалась в этом.

И все же ей было чему поучиться у Гарпеллов, пригласивших ее остаться и тренироваться с их наставниками. Она была искуснее многих в переделывании заклинаний обратно на старый лад, и Киппер, а также остальные, высоко ценили, ее труды в этом направлении и делились с нею лучшими своими двеомерами в обмен на ее заклинания.

Так в четвертый раз с момента превращения Кэтт-бри из воина в мага она обрела новую школу. В первый раз она занималась у великой леди Аластриэль из Серебристой Луны, потом с Нираем и Кавитой, затем в Ковене, и вот теперь здесь, во Дворце Плюща. Мог ли любой изучающий тайную магию желать большего? Ей действительно посчастливилось!

— Нет, в пятый раз, — произнесла она вслух, поправив себя, поскольку вспомнила величайшую из наставниц, ту, от которой получила свои божественные способности. Она взглянула на правое предплечье, на голову единорога, и вновь услышала магическую песнь Миликки.

Девушка решительно качнула головой, думая о своем грядущем воссоединении со своим возлюбленным Дзиртом и размышляя о цели своего возвращения. Что ей предстоит, гадала она. Быть может, за Дзиртом в самом деле охотится Паучья Королева, которая явится, чтобы сразиться с воплощением Миликки? Что сможет она поделать против этой откровенной силы? Или это будет сражение представителей, миньоны против миньонов? О, но в любой подобной схватке Кэтти-бри с уверенностью поставила бы на Компаньонов из Мифрил Халла!

Она поняла, что широко улыбается, — по правде сказать, ей показалось, что улыбка у нее просто до ушей! Снова выйти в путь с Дзиртом! С Бренором и Реджисом — ох, как же она надеялась, что они отыщут путь к Пирамиде Кельвина в день весеннего равноденствия в 1484 году! В этот миг она была уверена, что найдет Дзирта; в этот придающий бодрости миг Кэтти-бри обрела мужество и отвагу и сердце гулко забилось у нее в груди.

Она понимала, конечно, что Дзирт, возможно, давно умер, что Бренор и Реджис могут погибнуть за время долгого пути. Знала, что ее собственный путь далеко не безопасен, что пройти предстоит много трудных миль, а силы ее ограничены, что по следу ее, возможно, уже идет опасная прорицательница с кучей своих приспешниц.