Император не поскупился и действительно выделил отряд бойцов. Чуть более тысячи человек. По его мнению, и мнению его военачальников, этого количества должно было хватить для карательного рейда. Почти двадцати тысячная армия оставалась на нашей стороне реки. Тысяча воинов! Полковник принял командование молча. Но оставшись в кругу доверенных лиц, он разразился нецензурной бранью. Нам пришлось двадцать минут выслушивать его негодование, пока он не успокоился. Его можно было понять. Даже моего неопытного взгляда было достаточно, чтобы понять, что все бойцы отряда являлись новобранцами. Не было ни одного представителя благородного рода. Около трёхсот сквайров, юных мальчишек, только что окончивших военную школу. Остальную часть отряда составляли лучники. В основном ополченцы. Большинство из них было взято из городов и не умело ходить по пересечённой местности. Лишь малая часть из лучников была взята из деревень. Непосредственный разговор с ними показал, что почти все они были браконьерами. Их отправили в армию Империи вместо тюрьмы. Отряд был полностью небоеспособен. По мнению полковника, такие отряды предназначались для жертвования. Отряд отправляли на убой, заранее обрекая его на поражение. Для этого отбиралась не самая боеспособная часть армии. С помощью таких отрядов в прошлых воинах «прощупывали» возможности войск противника или ослабляли его перед ударом основной армии. Но тот, кто задумал такое, сильно ошибался в отношении нас. Полковник не собирался приносить в жертву своих воинов и себя в том числе.

Получив отряд под своё командование, полковник сразу отделил его от основной массы армии и принялся за подготовку, пока утрясались последние нюансы с бумагами и снабжением. Он запросил на время из основной армии инструкторов и получил их с благословения Императора. Браконьеров он отделил в отдельные отряды, создав из них подразделения разведки. Опытные инструкторы с криками и руганью, избивали разведчиков палками, пытались привить им навыки маскировки и беззвучного передвижения. Обучали их вести наблюдение за местностью и запоминать нужную информацию. Лучников заставили день и ночь отрабатывать стрельбу, построения, перестроения, рассредоточения по команде. Над лагерем нашего отряда день и ночь слышались крики и ругань. Сквайры оказались самой подготовленной частью нашего отряда. Для них были заказаны большие пики и щиты. Хорошие доспехи имперская казна выдать отказалась, пришлось довольствоваться кожаными шлемами, нагрудниками и наручами. Лошадей для создания конного отряда нам тоже не выделили. Военные задачи нашему отряду предстояло решать без кавалерии. Одновременно мы занимались и обозами, отбирая пригодные для похода повозки, проверяя состав имущества и забивая повозки под самую крышу. Отбирали животных. Полковник старался отобрать не самых породистых и быстроходных лошадей, а здоровых и выносливых. По его приказу со складов армии были выписаны толстые попоны из грубой ткани, которые должны были сберечь лошадей от стрел-срезней с широким листообразным наконечником. И так продолжалось, пока обозы не были собраны полностью, а войска не получили определённую степень начальной подготовки. Инструкторы вернулись обратно в свои подразделения. Пришёл день, когда меня снова запихнули в повозку. После долгого ожидания, повозка, наконец, двинулась с места. Так для меня начался поход.