Затвор в четвёртый раз щёлкнул. Снова осечка, 4 осечки подряд. Четвёртый патрон полетел на пол чердака, тихо звякнув по бетону. Цель уходила, но последний шанс. Боёк звонко ударил — осечка. Он выругался. Пять осечек, половина магазина. Цель ушла. Но звук на чердаке заставил его обернуться. Кто-то открывал чердачное помещение. Он взял винтовку и тихо побежал по чердаку дома. Неважно кто: электрики, сантехники, электронщики. Они не должны его видеть. Увидят патроны. И что? У него несколько минут, чтобы выйти из другого подъезда. Кулак вылетел внезапно из-за одной из колонн. Он не успел понять, провалился в темноту. Винтовка звякнула об пол. Вскоре санитары выносили на носилках из подъезда жилого дома человека без сознания. На нём была кислородная маска, рядом склянка с физраствором. Погрузили в машину скорой помощи и увезли. Жильцам объяснили, что электрик нарушил технику безопасности и попал под напряжение. Жив, но без сознания.

Сара вышла из здания суда. Сегодня адвокаты фонда добились отсрочки, а она сменила своего адвоката, обвинив прежнего в «продаже» процесса. Есть видео и аудио запись сделки. Ей тоже нужно время. А судья всё намеревается их помирить. Он тоже получил «на лапу», но боится «в открытую» это показывать. Маргарита сказала, что к ней сегодня должна подойти подмога, но не сказала кто. Скоро должны начаться заседания акционеров, а у неё суды. Фонд согласен компенсировать ущерб за побитые стёкла и машины, но по своим расценкам. Она требует всё. На неё давят. Ещё два раза собирались ортодоксы на акции протеста около её офиса. Приходилось вызывать помощь. Первую разогнала Бесс. Как обычно, до границы её собственности. Вторую — Алиса. Но формат акции изменился. Ортодоксы стояли за границей её собственности, блокируя подъезды и забрасывая офис камнями. Алиса — не Бесс. Привезла 130 громил и много стимулятора. Сначала пытались по-хорошему, через полицию. Когда полиция расписалась в своей неспособности, или нежелании, наводить порядок, Алиса начала действовать. Сара видела, как они выпили Боевой Отвар. Пили много, и это её и беспокоило. И за ортодоксов, могли быть жертвы с летальным исходом. Да что могли, будут. И за Мореходов. После него они беспомощны, как младенцы. Но эффект её удивил. Бой шёл чётко, без запредельной ярости. Сломанные руки, выбитые зубы, ушибы, сотрясение мозга — полный список травм ортодоксов. Били их за территории её собственности, очищая от них улицы. А мореходы — спокойно отработали, спокойно ушли. Без видимых побочных эффектов. Поели жареного мяса с пивом. Ночью улетели.