Воин, нечитаемый маг, верховный жрец на равных общающийся с личами, хладнокровный, спокойно и невозмутимо наблюдающий за тем, как нечисть убивает его коллегу, был совершенно не знаком ему. Еще пару дней назад, планируя отправиться в катакомбы, он не мог даже предположить такого плачевного окончания, казалось бы продуманного, похода. Они взяли с собой оружие против нечисти, большое количество магических накопителей и артефактов, продукты и воду. Выучили сложнейшие заклинания из закрытой секции королевской библиотеки для борьбы с нежитью. И получалось же… Четыре уровня они прошли сами, без воинов и магистров. Слова разгневанного мастера о том, что всех сопровождавших его в этом рискованном предприятии парней вытащили из ловушек живыми, сняли с его души огромный груз. И вот теперь он шел рядом с высшим жрецом неведомой ему богини и, несмотря на все происходящее, удивлялся: тому великолепию, что его окружало, спокойному и беззвучному шагу своих сопровождающих, освещению коридоров и галерей, отсутствию грязи, пыли и нежити.

Кроме личей рядом не ощущалось ничего чужеродного. Зато именно сейчас находящийся рядом мастер ощущался как огромный хищник, подавляющий все вокруг себя, и чем дальше они продвигались, тем тяжелее дышалось рядом с ним. Трое из четверых сопровождающих уже придержали шаг и теперь шли чуть позади. Андри поймал себя на том, что рядом с ними ему легче, чем рядом с Гвелкамом, и тоже замедлил шаг. Только один лич и граф, идущие впереди, казалось, ничего не замечали. Ни окружающей красоты, ни отставания своих спутников, ни ярко вспыхивающих при их приближении магических фонарей на стенах коридора, ничего. Они просто шли и что-то неторопливо обсуждали.

Старательно преодолевая растущую тревогу, и как будто уплотнившийся впереди воздух, принц был ошеломлен внезапной остановкой. Дорогу ему заступил один из трех личей, в то время как мастер Дариен в сопровождении старшего жреца местного бога, продолжали уходить. Его зверь улегся чуть в стороне, не высказывая ни капли волнения или беспокойства. Огромный зал, при входе в который его остановили, освещался необъятными факелами, вспыхивающими неровным светом. Живой огонь мерцал, играл, но не коптил и не делился теплом. Даже при таком освещении был прекрасно виден изумительный по красоте росписи свод, черные мраморные стены украшенные золотыми лепестками огненных цветов и пропасть с огненной лавой двигающейся казалось бы прямо под ногами. Очень хотелось просто отшатнуться, но спокойно стояли личи и впереди, не глядя под ноги, двигались два жреца.