– Какое это теперь имеет значение?

Мы не сможем вовремя открыть ворота. Гилберт и Канто были единственными, кто знал коды. Кроме того, тысячи хорошо вооруженных солдат только что видели, как убили наших лидеров. И теперь их действия будут направлены не только на защиту города. Испытывая ненависть, они захотят отомстить.

Нет. Сейчас точно не будет никакого мира.

Мир вокруг снова будет таким, каким я его знала всю свою жизнь. Вновь откроются зоны, города снова станут бункерами. Вопрос только в том, чья сторона возьмет верх.

– Мне нужно найти Луку, – прошептала я.

Жестом приказав Атласу оставаться на месте, я словно в трансе последовала за Сьюзи, Хольденом и Робуром в командный пункт. То, что мы там увидели, было ужасно. Смесь сажи и воды стекала в дренажные каналы в стене. В некоторых местах еще тлели угли.

Сьюзи опустилась на колени у входной двери и горько заплакала. Робур положил руку ей на плечо.

Воздух был полон частиц пепла, а когда порыв ветра унес пепел в сторону, я увидела его.

Лицо Фагуса ничего не выражало. Он смотрел в мою сторону пустыми, широко раскрытыми глазами, но меня он не видел. Он больше никого не мог видеть.

Не было ни крови, ни ран, огонь явно пощадил его. Фагус выглядел так, будто просто перестал дышать.

Я зажала рот рукой, сдерживая вырывающийся из груди крик. Фагус спас мне жизнь, оттолкнув меня. А сейчас, сейчас он был…

Перед глазами у меня все поплыло.

Сьюзи положила голову на грудь Фагуса, а Робур… Его руки лежали на руках младшего брата. Это все еще были корни, только эти корни больше не двигались.

По моим щекам потекли слезы. Фагус был мертв.

– Вудроу, – услышала я шепот Хольдена.

Он уже прошел через арку в глубь помещения. Я посмотрела на него, и он кивнул, чтобы я двигалась за ним.

Я с трудом поднялась на ноги, хотя каждая клеточка моего тела сопротивлялась этому.

Внутри было темно. Коридор вел в большой зал. Там все было завалено обломками, под которыми лежали тела. И посреди этого хаоса сидел Лука. Его униформа была порвана, волосы покрыты сажей, все лицо в крови. Греймс жестоко избил его, и на какое-то ужасное мгновение я подумала, что Лука не дышит.

Но затем я услышала его тихие рыдания и испытала чувство облегчения… только на одну секунду.