Разговор закончился и молодой оператор посмотрел на напарника, ожидая, что тот станет высказывать какие-то претензии. В конце концов, это была его находка.

– Не сверли меня взглядом, твои карьерные потуги меня не интересуют, – успокоил его Кейн.

Тем временем, показатели характеристик на мониторах кардинально поменялись. Теперь пленники считались разными объектами, поэтому изменились методики их допросов и начался подбор нового программного обеспечения.

– Я одного не могу понять, почему так сложно отыскать какого-то аборигена, если он существует реально и оставил множество квантовых следов? – спросил Гутторн.

– А вот тут очень интересные выводы напрашиваются, – заметил напарник и повернулся к коллеге.

– И какие?

– Скорее всего он скрывается за кубитной этикой.

– Да ладно! Откуда у него кубитная этика? Разрядность аборигенов и близко к такому не способна!

– Говорят, он был внутри артана…

– Какого артана? Того самого?

– Вроде бы да. Но информация неофициальная, поэтому – только между нами.

– Будь спокоен, я абсолютный вакуум, – пообещал Гутторн, однако тут же решил доложить об этом начальнику секции. Не сейчас, конечно, не при Кейне. Выйти, якобы за объектами пищевой имитации, а потом связаться с начальством.

Несмотря на то, что служил Гутторн недолго, он успел понять, что совсем отмахиваться от инициативных сотрудников начальство опасалось. И даже, если их инициативы были пусты, таких героев не понижали, а избавляясь, переводили подальше и с повышением.

62

62

После того, как все потайные мысли допрашиваемых были извлечены наружу, а поликвантовые серверные узлы, истратив массу драгоценного топлива, провели их полный анализ, стало ясно, что никаких ментальных закладок у этих аборигенов нет и их можно допрашивать в нормальном линейно-речевом режиме.

Майор Доминьес решил лично задавать им вопросы, но лишь после того, как убедился, что их рассудок не поврежден.

В конце концов, они перенесли вмешательство в нервную структуру, когда по ошибке были восприняты, как две части единого организма.

– Вы использовали личные документы Марка Головина. Почему так случилось? – спросил майор Доминьес, внимательно следя за реакцией полицейского офицера. Но тот пока плохо реагировал на восстановленную реальность.

– Почему… всё… зеленое? – едва слышно произнес он.