«Не очень», – признался Дарислав.

«Что не так?»

«Мы бы хотели видеть не виртуальный цифранж, а реальность».

«Прошу прощения, хотел как лучше».

Пейзаж изменился, ломаясь и перестраиваясь.

«Перевёртыш» оказался в помещении, похожем на рубку современного космолёта, разве что свободную от кресел и экипажа. Матово-серое кольцо виома, опоясывающего помещение, провалилось в темноту, которая через мгновенье превратилась в белое пространство невероятной глубины.

Дарислав, отвыкший от истинного – белого – цвета космоса в Тьмире, не сразу понял, что случилось. Затем стало недосуг сравнивать тёмную (на самом деле белую) и родную светлую (на самом деле чёрную) Вселенные.

– Ужас! – вслух проговорил он.

Удивляться же было чему.

Гигантский волчок, представляющий собой «тьмутараканскую» псевдопланету, исчез! Все его внешние слои, сформированные стеблями «мха», «чертополоха», «можжевельника» и «саксаула», превратились в слой удалявшихся от центрального ядра фрагментов разбитых «в щепки» «растений». Ядро – гигантский шар диаметром в тысячи километров, скрытый ранее невидимым сферическим пузырём поля, – теперь было оголено, и внутри просматривались странные ландшафты, напоминающие колоссальные провалы и водопады. Творение «Личности Тьмира» (его мозга-тела), представляющее, по словам Копуна, портал в другие метавселенные Мультиверса, стало доступно всем, кто в этот миг смотрел на него.

Однако налюбоваться удивительной структурной композицией разведчикам не удалось. Вокруг сферы с её виртуальными (а может быть, и реальными) пейзажами кипел бой! В облаках разрушенных массивов тёмной материи носились уцелевшие змеи, корабли тартарианского флота и два земных космолёта. Моллюскор не сразу стал виден наблюдателям, так как бо́льшую часть времени он пребывал в состоянии невидимости, и Дарислав не сразу сообразил, что с ним воюют все – и змеи, и земные корабли, и даже «тартарианские крокодилы».

Моллюскор побеждал.

Змей становилось всё меньше, тартарианских кораблей тоже, и судя по неловким манёврам фрегата, он тоже был сильно повреждён. С другой стороны, было непонятно, почему робот древнейшей цивилизации, способный разрушать звёзды, никак не справится с горсткой более слабого в энергетическом и технологическом отношении противника.

Копун услышал мысль Дарислава:

«Робот ослаб, – сказал он. – Он просидел в тюрьме не один миллион лет».

«Нам повезло?»

«В какой-то степени повезло».

«Но тебе хватило сил нейтрализовать его?» – забеспокоилась Диана.

Вместо ответа Копун (мелькнула мысль – интересно, как он сам выглядит со стороны?) в течение нескольких мгновений крутанул несколько пируэтов, из-за чего остальные видимые Дариславу участники боя несколько раз меняли положение, появляясь то сверху, то снизу, то сбоку, и вышел прямо в лоб глыбе моллюскора.