Светлый фон

— Нет, — Эрра не узнаёт свой голос, но точно знает, что это она, — это место не станет моим домом. Я не хочу.

— Нет, — Эрра не узнаёт свой голос, но точно знает, что это она, — это место не станет моим домом. Я не хочу.

— У тебя нет выбора, — улыбается император, — ни у кого его нет…

— У тебя нет выбора, — улыбается император, — ни у кого его нет…

 

Видение меркнет, но за ним уже спешит следующее.

 

Дом госпожи Аггуль. Эрра знает там каждый уголок. И, хотя сейчас другой старейшина, этот дом она всегда будет так называть. Она сидит на кровати в своей комнате и смотрит на непогоду за окном. Её волосы снова длинные, разметались по подушке, но она не торопится собирать их в прическу, хотя и заколки, и платье давно дожидаются её. Стук в дверь, и голос служанки торопят. Но она всё так же смотрит на беснующийся ветер. Ветер гнёт стволы деревьев, стараясь их сломать.

Дом госпожи Аггуль. Эрра знает там каждый уголок. И, хотя сейчас другой старейшина, этот дом она всегда будет так называть. Она сидит на кровати в своей комнате и смотрит на непогоду за окном. Её волосы снова длинные, разметались по подушке, но она не торопится собирать их в прическу, хотя и заколки, и платье давно дожидаются её. Стук в дверь, и голос служанки торопят. Но она всё так же смотрит на беснующийся ветер. Ветер гнёт стволы деревьев, стараясь их сломать.

— Госпожа, прошу поторопитесь! Вас все ждут!

— Госпожа, прошу поторопитесь! Вас все ждут!

Почему же они не ломаются? Ветер так силён. Эрра открывает створки, и вечерняя прохлада овевает её с головы до пят.

Почему же они не ломаются? Ветер так силён. Эрра открывает створки, и вечерняя прохлада овевает её с головы до пят.

— Я тоже не сломаюсь.

— Я тоже не сломаюсь.

— Госпожа!

— Госпожа!

— Заходи и помоги мне одеться!

— Заходи и помоги мне одеться!

Эрра моргает и вновь её поглощает очередное видение, захватывая в круговорот образов и чужих мыслей.