Для себя решение я принял еще днем — пока погода позволяет, я буду обедать, завтракать и ужинать только на своей палубе. Быстро вылез из ванны и ожесточенно растерся полотенцем.

Да, этот клинок выматывает похлеще отцовских тренировок!

Всего полтора часа занятий с Чернышом, и я изрядно измотан и опустошен. Еще дома, в Москве, заметил за ним такую особенность — он тянет из меня энергию, и после тренировки я валюсь без сил. Но я не чувствовал от клинка никакой угрозы. Я ощущал себя с ним так же, как ощущает себя ученик перед очень строгим учителем. Видимо, искусственный интеллект клинка решил, что меня надо подтянуть в технике фехтования, и включил свою программу обучения. Очень даже может быть, значит, всё идет как надо! Просто нужно довериться внеземной технологии и получать от этого пользу и удовольствие.

Когда я вышел из каюты на палубу, стол был уже полностью сервирован и возле него находились двое. Это наш уважаемый шеф-повар и улыбающаяся во все тридцать два зуба, одна из тех четырех очаровательных новобранок, что я видел вчера на представлении команды. Жаклин, так ее, по-моему, зовут. Господин Паскаль, чуть наклонившись к ней, рассказывал что-то очень смешное, и девушка держалась из последних сил, чтобы не рассмеяться в голос. Завидев меня, оба сразу перестали шутить и засуетились, поправляя и так идеально расставленные на столе приборы.

— Добрый вечер, господин командор! — поздоровался со мною господин Паскаль.

— Добрый вечер, господин командор! — поздоровалась Жаклин.

— Добрый вечер, господин Паскаль, Жаклин! Ну, что у нас сегодня на ужин? Я голоден как дикий зверь!

Мой повар широко улыбнулся.

— Ну, это мы сейчас исправим! Я учел все ваши пожелания… вот посмотрите! Салат с тунцом, он называется нисуаз. Затем нежнейший куриный паштет и главное блюдо вечера кордон-блю — это телятина в панировке с начинкой из сыра и ветчины. Ко всему этому я бы предложил бокал великолепного брюта с виноградников Бургундии.

Я кивнул, Жаклин тут же откупорила бутылку и налила немного вина в вытянутый бокал.

Совершив небольшие вращательные движение кистью, я погонял в бокале рубиновую жидкость по кругу, понюхал и набрал немного вина в рот, но не проглотил, а подержал во рту, предоставляя вино всем своим вкусовым рецепторам. Затем всё-таки проглотил, хотя рядом со столом и стояла специальная плевательница. Я еще раз вдохнул вино и, сделав нормальный полноценный глоток, с одобрением кивнул.

Жаклин тут же наполнила мой бокал до половины.

— Приятного аппетита! — господин Паскаль до этого с одобрением наблюдавший за моими манипуляциями с бокалом, развернулся, собираясь уходить, и снова состроил стюардессе какую-то рожицу, отчего та опять заулыбалась во весь рот, показывая идеально ровные белые зубы.