– Он идет обычным утренним маршрутом, – еле слышно прошептал Миккиду.

Сиф только кивнула, но Пшаури схватил Миккиду за руку и предостерегающе прижал палец к губам.

Капрал оказался прав: Мышелов и впрямь привел своего двойника к свежевыстроенной казарме, и, открыв дверь своего жилища, он, с подобающим хозяину дома вежливым поклоном, пригласил того войти. Пшаури и Миккиду помедлили немного, а затем, сняв сапоги и бесшумно ступая одетыми в чулки ногами, последовали за ними. Сиф поступила иначе: она, обогнув строение, направилась к кухонной двери.

Тем временем Мышелов, не сказавший и десяти слов с тех пор, как они покинули таверну, демонстрировал гостю свои сокровища, ожидая восторженной реакции.

Убийца был немало озадачен. Подопечный упоминал о сокровище или сокровищах, затем, когда они вышли на улицу, с серьезным видом указал на вмятину в мостовой у них под ногами. Что бы это значило? Такие провалы обычно означают наличие чего-то постороннего под камнями – чаще всего мертвого тела. Кому придет в голову прятать сокровище под мостовой кривого переулка заштатного северного порта? Да и труп, если уж на то пошло, тут тоже прятать некому.

На углу у странного вида здания, построенного из серебристых лоснящихся бревен, больше похожих на камень, серый путаник повторил все сначала. На мгновение ему показалось, что действия его провожатого имеют скрытый смысл, ибо в одной из балок что-то матово блеснуло, наводя на мысль о жемчугах и прочих драгоценностях. Но когда он наклонился, чтобы рассмотреть блестящий предмет, оказалось, что это обыкновенная ракушка, Аарт знает как попавшая в сердцевину бревна!

И вот теперь этот ненормальный притащил его в свою спальню, отпер кладовку и заставляет любоваться пустотой!

– Сокровище? – произнес наемник неуверенно, наклоняясь вперед, чтобы получше разглядеть содержимое кладовки.

Мышелов улыбнулся, отрицательно качая головой:

– Нет. Мыши.

Другой, не веря своим ушам, отшатнулся. Может быть, он за игрой от напряжения умом тронулся? Или туман нынче вечером какой-то ядовитый? Что, черт побери, здесь происходит? Может, вытащить кинжал да ударить, пока не поздно?

Но Мышелов продолжал безмятежно улыбаться, точно предвкушая дальнейшие чудеса, и уже манил его куда-то вглубь небольшого холла, за которым помещалась еще одна спаленка с двумя кроватями. По стенам метались и извивались тени от лампы, которую он держал в руке.

Повернувшись лицом к Смерти, он распахнул дверь другой кладовой, большей, чем прежняя, выпрямился во весь рост и как можно выше поднял лампу, словно желая сказать: «Смотри!»