Я в тоске свернулась калачиком под одеялами и взмолилась, чтобы меня сморил сон. В небе за окном показались розовые полосы, и наконец мое тело сдалось и позволило мне временно погрузиться в забытье.

Глава 16

Глава 16

Когда я открыла глаза, солнце стояло в зените, возвещая о том, что я проспала все утро. Но меня разбудил вовсе не яркий солнечный свет, струящийся в окна, а легкое, словно взмах крыльев бабочки, прикосновение к моему разуму, вслед за которым из другой комнаты послышались мужские голоса.

– Она не готова с тобой увидеться, – твердо сказал Тристан. – События вчерашнего вечера стали для нее потрясением, и ей нужно время, чтобы все обдумать.

– Я напугал ее. Мне нужно поговорить с ней, объясниться. – От сердитого голоса Николаса желудок описал небольшое сальто, но я не могла понять, от тревоги или приятного волнения.

Тристан заговорил примирительным тоном.

– Сара знает, что ты никогда не причинил бы ей вред, и одна она не испугалась тебя прошлым вечером. Мы с тобой оба знали, что она огорчится, когда узнает о связи, потому и договорились подождать с тем, чтобы рассказывать ей об этом.

– И я ждал, – ответил Николас с ноткой нетерпения в голосе. – Я уехал почти на три недели.

– Когда ты вернулся и попросил разрешения тренировать ее, то сказал, что будешь сохранять дистанцию. Я бы не назвал поцелуи с ней сохранением дистанции.

О господи! Лицо вспыхнуло, и я накрыла голову подушкой, чтобы не слышать оставшуюся часть их разговора. Как бы любопытно мне ни было узнать, что Николас скажет о поцелуе, я не хотела слышать, как он говорит об этом с моим дедушкой. Неужели этот народ вообще не имел представления о личных границах?

Выждав добрых пять минут, я подняла подушку и услышала, что в другой комнате стало тихо. Подождала еще десять, а затем надела ту же одежду, в которой была вчера после душа. Приоткрыв дверь, чтобы убедиться, что Тристан один, я вышла из спальни.

Он оторвал взгляд от бумаг, которые просматривал, сидя за столом, и я поняла, что он остался здесь со мной вместо того, чтобы пойти в свой кабинет.

– Доброе утро.

– Доброе, – тихо ответила я, вспомнив их с Николасом разговор, обрывки которого услышала. – Ты не обязан был сидеть со мной.

– Я хотел быть рядом, когда ты проснешься. Голодна? – В животе заурчало, и мы оба рассмеялись.

Он встал и взял упаковку яиц из холодильника. Я пыталась настоять, что сама могу что-нибудь себе приготовить, но он оставил мои возражения без внимания и велел присесть.

– Я рад снова готовить для кого-то и сделаю для тебя лучший омлет из всех, что ты пробовала.