Вижу, как вскакивает мужчина, похожий на Сон КанХо и, не давая ему возможности выкрикнуть что-то явно нелицеприятное в мой адрес, громко говорю в микрофон:

— Простите, но это не мои слова, это мнение тех иностранцев, которые, хочу заметить, настроены к нашей стране вполне благожелательно.

Делаю паузу и смотрю на присутствующих. Мужчина, поразмыслив, садится на место. Лицо у него злое. Вся студия угрюмо молчит. Понятно, мало приятного в том, чтобы слушать о себе такую правду, тем более — из уст вегугинов. Это вам не дороги расхваливать и не автопрому проплаченные дифирамбы петь. Они-то пришли сюда на свои проблемы жаловаться, в надежде, что власть их услышит и хоть как-то отреагирует. Кто-то пришёл просто выговориться и пообсуждать наболевшее, а вместо этого их самих превратили чуть ли не в обвиняемых. И кто — какая-то мелкая пигалица, известная своими скандалами, да ещё наглая донельзя, глазищами синими так и прожигает насквозь, словно ей кто-то право дал что-то требовать от людей, которые намного её старше. И ведь до чего, зараза, уверенно держится, а говорит так, словно она тут самая главная. Одно слово — Агдан.

— Ну что, продолжим? — спрашиваю. — Предупреждаю: дальше будет ещё интереснее. В Корее, пишет один из авторов, очень странное отношение к преступлениям, которые связаны с пьянством. Довольно часто можно слышать такое: “Виноват алкоголь, а не человек”. Каково? Это все равно что сказать про застреленного человека, что в его смерти виноват не стрелок, а пистолет. Ага, сам взял и выстрелил. А машина, получается, сама взяла и задавила, а алкоголик, сидящий за рулём со стеклянными глазами и мощным выхлопом, вроде как и ни при чём.