– Понимаю, – ответил Сергей, откидываясь на диване и скрещивая руки на груди. – А еще я понимаю, что моя машина сильно отличается от всех остальных и это в свою очередь тоже создает определенные проблемы, так как для запуска ее в серию потребуются немалые деньги и время, а новые крыланы нужны стране уже сейчас. Да и не отдай Совет Аланскому заказ, вполне возможно, что новые самолеты для армии производить будет просто негде. Хотя скорее главная причина не в этом, а в том, что кое-кто в верхах банально лоббирует его интересы, причем этот кое-кто достаточно могуществен, чтобы не опасаться даже Кутесова. Я ведь прав?

Росовский молча развел руками, показывая, что ему нечего возразить.

– Ну вот видите, я же сказал, что все прекрасно понимаю и вполне согласен с этим решением. К тому же мой завод продолжит производство «Эст-16», и пять-семь машин в месяц я вам твердо обещаю. Беспокоит другое…

– Что именно?

– Сам показ. Я не ожидал, что он будет открытым.

– Боитесь, что о ваших новых машинах узнают?

– Не то чтоб боюсь, – Сергей пощелкал в воздухе пальцами. – Скорее, расстроен, что это случилось раньше, чем хотелось бы. Хотя, возможно, оно и к лучшему, расслабляться теперь некогда, остается лишь дождаться ответного шага моего главного конкурента.

– Аланского?

Ратный мотнул головой.

– Нет, Майсера. Этот геранец куда опаснее, он уже несколько раз удивлял меня своей прозорливостью и изобретательностью, а на этот раз я ему кинул такую кость… Эх, увидеть бы его лицо в тот момент, когда он узнает о моих новых машинах. – Глаза Сергея приняли мечтательное выражение, а по губам скользнула легкая улыбка. Он коротко хохотнул. – Уверен, что на этот раз пришла его очередь удивляться.

– Вот за это и выпьем, – сказал Росовский, салютуя инженеру своей стопкой. – Кстати, вам не добавить?

Ратный поморщился.

– Помилуй вас Пресветлый, генерал. Итак, в голове шумит. Еще одна – и меня потянет на разговоры о женщинах, а то и на какую-нибудь философию или…

– Так это ж очень хорошо, мой друг, – перебил его Росовский, расплываясь в широкой улыбке. – А то мы все о делах и о делах. Философствовать я тоже не очень люблю, а вот о дамах можно и поговорить, а посему…

Он вновь наполнил рюмку Ратного до краев.

– За наших милых дам.

На этот раз Сергей залпом пить не стал, а лишь немного пригубил. После двух предыдущих в голове итак стоял легкий шум, хотя пьяным он себя совсем не ощущал, так что, вероятнее всего, это было вызвано не алкоголем, а накопившейся усталостью. Вчерашний день выдался поистине сумасшедшим и насыщенным на события, да и сегодня с самого утра не было покоя. Сперва «атака» журналистов, которую он, к счастью, успешно сплавил на Чаклина с его товарищем, затем целая делегация молодых аэроконструкторов с кучей вопросов и в довершении этот ужин у генерала. Росовского он, конечно, уважал, но к тому времени, когда за ним прибыл паромобиль, хотелось запереться в своей каюте и залезть с головой под подушку. Наверное, следовало так и поступить, но генерал всегда был его верным союзником, и Сергей решил не обижать старика.