Три боя.

В один день.

И поддаваться ему никто не будет, и эта тварь подберет противников по своему вкусу... впрочем... это - Арена. И тут надо, надо рисковать. Потому что удача любит смелых!

- Ты сейчас против меня выпустишь десять человек - и скажешь, что это судьба! Я согласен на три боя, но у меня должны быть шансы! Один бой - один противник!

Судя по лицу Кемаль-бея, он примерно так и планировал. Но слово сказано...

- Хорошо же. Один бой - один враг. И я буду милостив. Они будут идти не подряд, чтобы ты успел отдохнуть.

- Твоя справедливость не знает границ, Кемаль-бей, - поклонился ему Лоренцо.

Мужчина кивнул.

- Первый бой - тот, в котором ты должен принять участие. Второй - за твою свободу. Третий - за них. Раз уж тебе нужна эта падаль!

Энцо низко поклонился.

- Верю, всемилостивейший, ты поймешь меня правильно. Зеки-фрай прогневал тебя, и ты вправе наказать своего слугу. Но я от него кроме добра ничего не видел. Если не попытаюсь хотя бы отплатить добром за добро - буду чувствовать себя презреннейшим из подлых.

Кемаль-бей снисходительно кивнул.

Понятно, парень не выживет, он лично об этом позаботится. Но сейчас... сейчас в глазах всей Ваффы - он милостивый и достойный господин, который дал шанс и своему слуге, и гладиатору. Это приятно...

- Что ж. Каким по счету ты выступаешь, Ангел?

- Третьим, Кемаль-бей.

- Венацио?

- Да, Кемаль-бей.

- Что ж. Пусть будет венацио. Ты третий по счету. И запомни, этих троих - всех - будут выводить с тобой на Арену. Твоя смерть - их смерть.

- Вы милостивы, Кемаль-бей.

Бей поморщился и махнул рукой.