Услышав потребности стоявших за молодым человеком людей — Шмуля не удивился. Идет война, вдобавок к ней революция, металл и оружие много кому нужны. Да тем же разным революционным группам, которых сейчас расплодилось как грибов — бундовцы, это из наших, большевики, меньшевики, эсеры, кадеты, анархисты — и всем было нужно оружие. Сам Шмуля с торговлей оружием связываться не хотел, сейчас там слишком много риска, но как верно подметил молодой незнакомец, у него были и знакомые, которые промышляли торговлей оружием, был и один родственник, и он не был шлемазлом, в отличие от большинства другой его родни.

Пожалуй, что их можно было свести, понимая размер своей выгоды. Родственник Мойше сам навряд ли будет заниматься конвертацией ювелирных изделий в деньги, хотя возможно, как и все здравомыслящие одесситы нашего времени, не откажется оставить часть гешефта себе в виде ценных металлов в заначку. Сейчас все, у кого есть такая возможность, страхуются таким образом от беспросветного пока будущего. Но основную часть полученных драгметаллов Мойше придется оборачивать, и как минимум часть достанется Шмуле, чтоб он по своим каналам ускорил их оборот. По-родственному он, конечно, возьмет с Мойше немного, но немного с этого молодого человека, немного с Мойше, немного с тех отъезжающих, кому он поможет закупить ценных металлов в дальнюю дорогу, курочка клюет по зернышку, и у Шмули с Цилечкой может выходить вполне симпатичный гешефт. Сколько продлится эта приятная уму Шмули схема, он загадывать не станет, на все воля Б-га, но даже несколько месяцев или полгода в условиях нынешней неопределенности его вполне устроили бы, а там как Б-г даст. Да и в среде своих это позволит поднять свой статус, а то некоторые, не будем тыкать в них пальцами, уже начинают поговаривать, что шлемазл — это он сам, Шмуля.

Поэтому оставалась назвать размер своего гешефта, и тут Шмуля, находясь в раздрае между своей жадностью и страхом потерять выгодного клиента, пытался определиться, между разными цифрами. Десять процентов будет безусловно много, два процента слишком мало, четыре или восемь, пять или семь?

С учетом того, что сбыт большей части драгметаллов пойдет через него, Шмуля был готов согласиться на меньший процент от оборота, пожалуй, пять или шесть процентов ему было бы достаточно, а если суммы оборота будут выражаться в десятках тысяч, то ему хватило бы и трех или четырех процентов.

Ой-вэй, как ему в этот момент не хватает его Цилечки, уж она, святая женщина, мгновенно помогла бы ему четко определить размер его гешефта, а так старый Шмуль продолжал колебаться, боясь упустить свою выгоду, боясь упустить выгодного клиента, и, главное, что тот ему совершенно ничего не предлагал сам, ну кто же так делает в таких делах? Старый Шмуля волновался, хоть старался не показывать своего волнения.