— Первым делом я хочу, чтобы вы первым, Никита Анатольевич, посмотрели на этого типа, — открывая дверь прикосновением руки к металлической пластине, вмонтированной в стену. Вспыхнули тонкие полосы, соединенные в причудливый узор. Метка сработала и пропустила Хованского. — Весьма интересные росписи на теле.

— Н-да, это мало похоже на татуировки, — сразу же сказал Никита, когда тело Каразина, лежащее на выдвижном столе, оказалось перед ними. Он внимательно рассмотрел цепочку рун, протянувшихся от правой стороны груди к животу, и подобную этой — слева. Замыкались они двумя знаками, зачеркнутыми косой линией. Обе руки и ноги тоже оказались исписанными черными резами. — Словно кто-то выжигал их на коже.

Осторожно, не касаясь пальцами тела, Никита выставил ладони над грудью, пытаясь поймать контакт с аурой погибшего. Хованский молча ждал, уже зная, что скажет молодой волхв.

— Мертвее некуда, — Никита убрал руки. — Магическая подпитка исчезла, руны не откликаются. Сейчас это просто письмена, имеющие ценность для языковедов, но никак не для нас.

— Что скажете, барон, про эти руны? Меня интересует их внутренняя наполненность.

— Они не друидские, не древнегерманские и не скандинавские, — чуть прищурился Никита, снова окидывая взглядом черные как уголь руны. — Хотя сходство кое-какое есть. Мне кажется, это «лепонтик», древний альпийский кельтский алфавит. Если не ошибаюсь, на этом языке говорили в Ретии и в Цизальпинской Галлии.

— И где это? — полюбопытствовал Хованский.

— Нынешняя северная Италия, — Никита потер подбородок, не отрывая взгляда от рун. — «Лепонтик» сначала был освоен галльскими племенами к северу от реки По, а после них и латинами. Но это уже история Римской империи. Не суть важно. «Лепонтик» римляне использовали как средство шифровки важных документов, когда магическая сила рун была утрачена. Но кому-то удалось сохранить изначальные знания.

— Ордо Маллеус?

— Ну… Судя по косвенным признакам, это их рук дело. Каждая руна несет в себе глубинный смысл. То, что мы сейчас видим на теле Каразина — программа на усиление организма, сопротивление смертельным ранам, защита физической оболочки и уничтожение врага. Часть рун парные, это я уже вижу четко… Анислав Радиславич, дозволите мне сфотографировать сие художество? Я бы поработал над шифром.

— Разрешаю, хотя и рискую навлечь на себя гнев Иерархов, — кисло улыбнулся Хованский. — Но исходя из ситуации, очень боюсь, что противник готовит еще один сюрприз. Отработав технику на вас, Никита Анатольевич, он направит очередную ходячую бомбу на более крупную цель. Вы понимаете, о ком идет речь…