Да, сообщение от Фадеева уже пришло, и гораздо быстрее, чем Никита рассчитывал. Промелькнула мысль, что Семен воспользовался своими старыми связями, которые у него были достаточно обширные, чтобы быстро получить нужную информацию.

Колонка из шести фамилий сказала волхву многое.

Велимир Шереметев.

Илья Балахнин.

Владимир Оболенский.

Юрий Пушкин.

Василий Голенищев.

Борис Волынский.

Если за креатуру цесаревича Никита был абсолютно спокоен, а Велимира и Илью он знал как облупленных, то последний из списка ему не был знаком. Вернее, Никита знал, что у князя Волынского есть два сына и две дочери. Старший — Андрей — уже серьезно привлекается к делам Рода, имеет право голоса наравне с отцом и дядей. А вот про Бориса мало что известно. И вообще было непонятно, в России ли он сейчас находится или учится в Праге, куда уехал пять или шесть лет назад. А если приехал? Какую роль в семье уготовил для него отец?

«Проверь, где сейчас находится Борис Волынский, — Никита набирал текст, изредка поглядывая по сторонам. Полностью оградить себя от чужих взглядов невозможно, и кто-то сейчас с любопытством или настороженно поглядывает на него. — Если в России — когда вернулся из-за рубежа».

В это время ведущий объявил перерыв на подсчет голосов и предложил пока веселиться, на что не последовало возражений. Сразу в нескольких местах бабахнули хлопушки, в воздух взвились тучи конфетти. Зазвучала медленная музыка, все рассыпались по сторонам, оставляя только пары, решившие потанцевать.

— Не развлечете ли одинокую девушку танцем, сеньор Джакетти? — раздался рядом с Никитой девичий голос.

Марта улыбалась, словно встретила старого знакомого. Ее грудь волнующе приподнималась, а глаза под маской уже были слегка расфокусированы от выпитого шампанского.

— Охотно помогу развеять ваше одиночество, — Никита положил телефон в карман пиджака, сделал шаг вперед и обхватил Марту за талию. Девушка положила ему руки на плечо, и они оба от стены стали медленно перемещаться в центр танцпола.

Марта двигалась грациозно, заодно показывая свою чувственность. Ее аура полыхала алыми и зелеными огнями, скручиваясь в спирали и взрываясь золотыми протуберанцами.

— С трудом верится, что такая девушка скучает в одиночестве, — закинул крючок Никита. Ведь он так и не видел кавалера, с которым пришла Марта, или ее подругу. Одиночные пригласительные не давались никому. Или Никита ничего не знал о тайных механизмах вечеринки, затеянной цесаревичем Владиславом под присмотром государя.

— Представьте себе, сеньор Джакетти, так оно и есть, — вздохнула девушка, плотно прижавшись к Никите, обдавая его запахом духов и вина. — Я действительно ощущаю одиночество, хотя пришла с молодым человеком.