Расстояние до убегающего гнома было не большим, поэтому Сэм применил жест молнии. Металлический доспех беглеца не защитил его от атаки, и он на несколько мгновений застыл в судорогах. Этим тут же воспользовался один из гномов — он достал из сапога длинный нож и, прицелившись, воткнул его в глаз парализованного.

— Может объясните, что здесь происходит? — спросил Сэм у подошедшего Гимли.

— Контролеры, — буркнул Гимли и, развеяв магическую броню, продолжил: маленькие паучки попадают через укус в тело гнома, человека или животного, и начинают им управлять.

— Но ведь гномы вроде защищены от ментальных атак?

— Паучки контролируют на физило… физиомо… тьфу физиологическом уровне. Через какую-то сеть или паутину, — последние слова были похожи на какую-то белиберду, но Сэм сделал вид, что все понял.

— От их влияния пытались избавиться? — спросил Сэм, осматривая верхушки деревьев.

— Гнолми Сторук прожил три месяца под контролем таких пауков. Чем мы только не пытались вывести эту дрянь: отварами, настойками, магией. Все закончилось тем, что он разбил себе голову об стену. А из лопнувшего черепа посыпались эти сваргховы пауки. С тех пор мы убиваем зараженных сразу. — ответил Гимли: Слушай мой приказ разбиваемся на двойки: один осматривает кроны деревьев, второй смотрит под ноги и ищет подозрительные бугры и утолщения в листве. Сэм со мной в паре.

Через час им стали попадаться коконы. В их силуэтах можно было различить фигуры диких животных. Пару раз попались силуэты людей. Вскрыв один из этих коконов, Сэм понял, что пауки не заморачивались с жертвами — в паутину было завернуто одно из умертвий. Покойник открыл мутные глаза и задвигался в попытке встать, но Сэм упокоил его ударом кортика в глаз. Мертвое тело выгнулось дугой и упокоилось окончательно. Когда Сэм вытащил кортик из глаза потекла густая зеленоватая жижа, а в нос ударил резкий запах гнили. Подавив рвотные позывы Сэм поднялся и огляделся.

Почти все пространство между деревьями было увешано покрывалами паутины. Она была усыпана бусинами дождя, отчего казалась странным циклопическим ожерельем. В тишине было едва слышно, как где-то в глубине леса трутся о брюшко покрытые хитином лапки. «Интересно, а жареные они вкусные? — подумалось ему, что удивило его, а потом он догадался и прошипел: Бэн! Прекращай». «Причем тут я? — делано возмутился ворон, но, поймав многообещающий взгляд Сэма, поник: подумаешь, захотелось жареных лапок попробовать. Они наверное вкусные». Сэм поморщился и пробормотал: «Избавь меня от своих кулинарных изысканий!» Шелест доносился со значительного расстояния, а гномы между тем достали из сумок маленькие горшочки. Двое открыли их и из глиняных горлышек вырвались яркие огоньки. Они зависли в воздухе и мягко осветили сумрачный лес, в котором из-за низких туч и веток нависших над землей почти наступила ночь. Один из гномов начал дирижировать с помощью горшка огоньком и направил его к первой паутине. Как только паутина вспыхнула, другие гномы тоже извлекли огоньки из горшков и направили в разные стороны. Сэм даже подумать не мог, что есть настолько сложная магия, как только паутина прогорала, огонек падал вниз и зависал в трех футах над землей, после чего выстреливал в следующую паутину.